– Там девушка! – выпалил Глеб.

Громол кивнул:

– Да, я знаю.

– Они что, собираются ее сжечь?

И снова Громол кивнул:

– Да. На заре ее принесут в жертву лесному змею по имени Сивер.

Глеб часто заморгал, словно ему в глаз попала соринка.

– Они собираются сжечь ее живьем? – севшим голосом спросил он. – Но ведь это… Это…

– Это их лес, – напомнил Громол. – Что бы я ни говорил, мы здесь только гости.

Глеб хрипло выдохнул и понурил голову.

– Дикость какая-то, – пробормотал он. – Жечь живую девушку… И за что?

– Ее судьбу уже не изменить, – тихо произнес Громол. – Ее тело уже омыто белым молоком первожеребой кобылицы.

Глеб нахмурился.

– Просто в голове не укладывается, – пробормотал он. – Кобыла какая-то…

Громол взглянул на костры.

– Эти люди верят, что в Гиблой чащобе водится огромный змей, – сказал он.

Глаза Глеба замерцали.

– Постой… Я ведь про это читал. Но это не у русичей! Это у греков! Андромеду приковали к прибрежной скале, чтобы отдать на съеденье морскому дракону. Но Персей ее спас, а дракона прикончил!

– Лесной змей существует, – заявил Громол. – Я видел его следы возле Гиблой чащобы. У него огромное тело, толстое, как столетний дуб. А пасть больше, чем у медведя. И зубов в той пасти не счесть. Но не думал я, что Сивер из Гиблой чащобы приползает сюда.

Глеб кивал головой, однако не особо прислушивался – его занимали совсем другие мысли.

– Громол, – дрогнувшим голосом произнес он, – неужели ты позволишь им сжечь девушку на костре?

Охотник молчал.

– Ты ведь храбрый воин, Громол. Я видел, как ты расправился с тем оборотнем.

– Оборотень был один. А в отряде Бекета тридцать пять воинов. И у каждого лук, стрелы и меч. – Громол прищурил серые глаза. – Ты сказал, что я воин, но я не воин, а охотник. Мое дело – лесной промысел. – Он вздохнул. – Идем к костру, Глеб. Скоро нам понадобятся силы. И поэтому мы должны плотно поужинать.

Два часа спустя воины Бекета, наевшись вяленого мяса и напившись кумыса, улеглись спать. Легли спать и их гости. Глеб, закутавшись в одеяло, задремал в шатре. Сон долго не шел, а когда наконец Глебу удалось заснуть, кто-то разбудил его, грубо толкнув в плечо.

– Глеб, проснись, – услышал он громкий шепот. – Проснись же!

Глеб поднял голову с охапки сухой травы и хрипло проговорил:

– Что? Кто это?

– Тихо. – Глеб узнал голос Громола. – Постарайся не шуметь. Мы уезжаем.

Глеб тряхнул головой, прогоняя сон, и удивленно переспросил:

– Уезжаем? Но почему?

– Ты ведь хотел спасти девушку?

– Да. Но я не…

– Тогда скорее пристегивай пояс с оружием. Когда пойдем по лагерю, держи руку на рукояти меча. Возможно, он тебе понадобится.

– А где остальные?

– Они уже ждут.

Сердце Глеба забилось учащенно. Похоже, впереди схватка! Настоящая схватка со страшным, сильным и ловким врагом. Как в приключенческих книгах!

– Жесть! – выдохнул Глеб.

Пока он закреплял пояс, пальцы его мелко подрагивали. Однако, вопреки ожиданию, чувствовал Глеб не только страх, но и азарт. Похожие ощущения он испытывал в детстве, когда шел с приятелями в соседний двор, чтобы устроить драку «стенка на стенку».

«Возможно, через пять минут меня убьют», – подумал вдруг Глеб и замер. Мысль эта показалась ему не столько пугающей, сколько дикой.

– Шибче! – шепотом поторопил Громол и снова выглянул из шатра.

– Я уже готов, – шепнул в ответ Орлов. – Идем.

Они выскользнули в ночную темень.

Девушка по-прежнему была привязана к деревянному шесту. Голова ее обессилено склонилась, русые волосы упали на лицо. Ратники оцепили костровище и слились с тенью. Осьмий и Васька Ольха растреножили коней и держали их наготове.

Охрану газары не выставили: к чему охранять «жертвенную овцу»?

– Держи меч наготове, – шепнул Громол. – Будешь прикрывать нас. Как только побегу к лошадям, бросай все и беги за мной.

Громол ободряюще хлопнул Глеба по плечу и скользнул к костровищу. Дикой кошкой взлетел охотник по нестойкой конструкции, прыгнул на жердь, выхватил из ножен кинжал и молниеносно перерезал путы, связывающие девушку.

Затем подхватил ее на руки и так же ловко спустился на землю.

И вдруг из темноты, как черт из табакерки, выскочил низкорослый газарский воин. Глеб выхватил меч из ножен. Воин замахнулся на него своим клинком, но на помощь Глебу молча бросился поручик Путята. Он выбил саблю из рук газара и ударил его мечом в живот.