Девушка Дарья, которую именно ты, Димон, привез на хутор своего дяди Федора Татаринцева.

Тимофеевна первой услышала звук автомобильного движка. Краснов затушил сигарету и поспешил за ней. На грунтовке, ведущей от асфальтированного шоссе к хутору, пылил УАЗ, который дядя выкупил у военных, лично подреставрировал, подкрасил и которым он пользовался для передвижения наряду с имеющейся в хозяйстве почти новой тентованной "газелью". Дмитрий вновь почувствовал тревогу: кто его знает, что за новости привез дядя Федор, и что эти новости сулят лично ему, Краснову.

Татаринцев въехал через проем в жердяной ограде во двор. Заглушил двигатель, выбрался наружу. Поправил барсетку, которая висела у него на поясе, потом негромко, но веско сказал:

– Тимофеевна, мечи на стол! Обедать будем! Как там Дарья? Все с ней нормально?

– Спит она, - сказала хозяйка, с тревогой посматривая на Татаринцева.
– Ну так что, Федор... накрывать обед?

– Конечно, - скупо усмехнулся тот.
– Война войной... а обед по расписанию!

– А ты привез... то, что я заказывала?

– Да, все купил. Строго по списку. Сумка в багажнике... мы сами отнесем в дом!

Тимофеевна ушла в дом, а мужчины остались стоять у машины.

– Значит так, Дмитрий, - улыбка мигом со шла с лица отставного военного.
– Я тут кое у кого справки навел... Мимо Выселок, опять же, проезжал - когда в город ехал, и обратно - тоже. Дело, скажу тебе, серьезное... нешутейное! Там несколько строений сгорело. Есть жертвы... пока говорят о троих погибших в перестрелке и одном сгоревшем заживо. Еще несколько человек ранены или имеют серьезные ожоги. Так что хорошего во всем этом - мало...

– Ну так а я о чем, - хмуро отозвался Краснов.
– Вот же влип... сам виноват!

– Ладно, казниться потом будешь. Я уже сказал, что хороших новостей мало, за исключением, разве что одной. Я от своего источника узнал, что никого из нападавших задержать не удалось...

Краснов - сам не ожидая от себя такого - перекрестился.

– Вот, вот...
– Татаринцев покачал головой.
– Если выскочишь из этой истории, обязательно сходи в церковь и поставь свечку!

– А какие версии касательно того ЧП имеются?

– Я всю дорогу держал включенным радио, настроенное на нашу местную УКВ станцию. Новости - каждые полчаса...

– И что говорят?
– Краснов уже едва сдерживал себя.

– Единственная версия, которую озвучила пресс служба нашего милицейского главка, звучит так...
– Татаринцев отогнал взмахом руки назойливого шмеля, потом продолжил.

– Версия у них такая, Дима: в Выселках минувшей ночью имело место "разбойное нападение". А все случившееся - дело рук преступной группировки, специализирующейся на дорожном рэкете, на нападении на водителей дальнобойщиков...

– Гм...
– у Краснова в этот момент слегка отлегло от сердца.
– Типа - разбой на дороге, так?

– Да, есть такая версия. Других подробностей разузнать пока не удалось... Кстати, я заезжал к твоим. Как раз за час до моего приезда твой отчим из рейса вернулся. Ну так мы посидели, попили чайку, поговорили...

Краснова бросило в холодный пот.

– Ты, Николаич... надеюсь, ты не выдал меня?

– Я бы тебя не только выдал, но и лично выпорол бы!
– сказал Татаринцев.
– Всыпал бы как следует, хотя ты уж взрослый парень... кабы в этом был бы хоть какой то толк. Ничего я им не сказал!

– Спасибо, Николаич... Я твой вечный должник!

– Единственно, что я матушку твою предупредил...

– Э э... о чем предупредил?

– Я ей сказал, что ты, племяш, все это время... начиная с субботы, был здесь, на нашем хуторе! Но это так... на самый крайний случай! Сейчас полезно держать язык за зубами! И ты сам заруби себе на носу: ты минувшей ночью никуда и ни с кем не ездил! И ни в чем т а к о м не участвовал! Ясно тебе?! Ты меня хорошо понял?

– Понял, - хмуро сказал Краснов.
– А вот что с этой делать?
– он кивнул в сторону дома.
– Ума не приложу.

– Что нибудь придумаем. Надо погодить, пусть сначала оклемается. Потом посмотрим, что за птица. Я, Дима, на всяк случай и документики твои захватил!
– Татаринцев хлопнул ладонью по барсетке, прикрепленной к поясу.
– И мобильник - тоже! Но учти... никаких звонков! Никаких "эсмээсок"! Соблюдай полное "радиомолчание"! Это в твоих же интересах...

Он достал с заднего сидения средних размеров сумку и вручил ее племяннику.

– Отнесешь в дом и передашь Тимофеевне! По любому, Димка, ни сегодня, ни завтра я тебя отсюда не отпущу. Побудете покамест здесь; заодно и к этой девице попристальней присмотримся.