Шрифт:
Наверняка!
Я знал! Знал, что это опасно!!!
Резко поднялся, не обращая внимания на то, как камушки посыпались с моей головы и плеч. Господи, кажется, я проломил головой пещерную стену за своей спиной. Я даже не заметил! Если Белла стала свидетелем этого, неужели не испугалась? Это не укладывалось в моей голове, но сейчас мне некогда было думать об этом. Были вещи и поважнее.
– Что ты наделала, - в панике я исследовал ее тело на наличие повреждений – сначала глазами, отмечая, что она нигде не выглядит деформированной, затем пальпируя руками, благо, что имел степень по медицине и мог определить наличие перелома. Я обнаружил, что оцарапал кожу Беллы на бедре – там, где были мои пальцы. Царапина была пустяковая – даже крови не было, я задел лишь верхний слой кожи. Но Белла так сильно вздрогнула, когда я всего лишь слегка коснулся ее там, и втянула воздух, что я испытал приступ удушья. Ей было больно из-за меня!
– Прости… - пробормотал я, в моем положении мне оставалось только извиняться. Вся моя эйфория ушла, как будто ее и не было. Я был разочарован, раздосадован и очень зол на себя, на свою слабую волю. Я ненавидел свои руки за их силу, а себя – за глупость. Как я мог поддаться страсти? Как безответственный мальчишка… Я думал, что десятки лет самоконтроля что-то значат, однако, стоило девушке попросить меня, и вот он я – сдавшийся на ее милость по первой просьбе. Я думал, что способен лучше контролировать себя…
Я отнесся к обследованию серьезно: мои пальцы профессионально ощупывали талию девушки и ребра, везде, где я к ней прикасался, где я мог нечаянно поранить ее.
Занятый осмотром, я заметил, как уголки губ Беллы дернулись вверх. Она смеется? Ей кажется забавным то, что она могла пострадать, и даже умереть?
– Все в порядке, – сказала она твердым, уверенным голосом. Похоже на то. Я должен был признать, несмотря на свою панику, что она действительно в порядке. Это было удивительно, что, кроме маленькой ссадины на бедре, она осталась цела и невредима. Я сильнее, чем о себе думал…
Это позволило мне выдохнуть…с облегчением.
Она в самом деле не пострадала. Аллилуйя…
Кажется, я снова мог дышать, а мое сознание устремилось ввысь, к небесам, с которых я только что спустился.
Она в порядке.
Она в порядке!
– Это было… - эмоции одолели меня, вернувшись с новой неодолимой силой. Мое тело все еще испытывало эйфорию, несмотря на то, что разум секунду назад испытал шок. Но, если причин убиваться не было, все, что я мог – это поблагодарить Беллу. Тысячу раз за то удовольствие, которое она мне подарила.
Я поднял на нее глаза, она выглядела немного смущенной. Так странно, что после ее настойчивости и уверенности она могла так мило, по-юношески покраснеть.
И она все еще сидела на мне, а я все еще был внутри нее.
Это шокировало меня куда сильнее, чем все остальное. И мое тело с поразительной скоростью стало возвращаться к тому, с чего все началось: к желанию обладать ею снова.
Мне пришлось глубоко втянуть носом воздух, в попытке успокоиться, потому что вид Беллы, сидящей поверх меня и смотрящей так невинно, будто мы просто… разговариваем за чашкой чая, невероятно… возбуждал.
– Это было… - я с трудом сосредоточился на том, что собираюсь сказать, пытаясь не быть грубым, - ох, ну что тут скажешь… волшебно.
Лицо Беллы озарила открытая, искренняя улыбка.
– Правда? – она будто не была уверена. Разве она не знала, что делала? Разве она действовала наобум? Мне показалось, что она очень даже понимает весь процесс. В противном случае она никогда бы не смогла уговорить меня… Она действовала искусно.
Или, что скорее всего, в вопросе Беллы заключалось некоторое кокетство. Она кривила душой, изображая из себя невинность, наверняка потому, что была смущена своей смелостью – насколько я видел прежде, она не была склонна делать первый шаг в отношениях с мужчинами. Чем же я заслужил стать таким особенным?
– Да, - я уверил ее в этом, потому что не хотел, чтобы она переживала. Что было – то было. Она не должна чувствовать вину за то, что соблазнила меня. В конце концов, это не имело физических последствий и… и это был невероятно приятный опыт для меня. Больше – это была самая сильная, самая сногсшибательная эмоция за все мое бесконечное существование. Белла подарила мне рай!
В подтверждение я приблизился, чтобы еще раз прикоснуться к ее губам. Я не мог отказать себе в этом удовольствии сейчас, зная, что очень скоро все закончится. В конце концов, я тоже хотел немного счастья, пусть и считал, что оно мной не заслужено.
Ее губы неспешно открылись мне, и она охотно откинула голову на мои руки, когда мои пальцы запутались в ее волосах. Ее губы были мягкими и вкусными, и я хотел бы целовать их бесконечно долго. Во мне росла жадность, вопреки всем моим стойким убеждениям, я не хотел отпускать ее. Не теперь. Не после того, что случилось. На это она и рассчитывала?