— Я не против, но мне сейчас не до этого. Решайте этот вопрос с вождём Камахалолани.

— Раньше мы все вопросы могли решить при личной встрече, — удивился доктор Шеффер.

— А мне уже надоели ваши бесконечные просьбы, — довольно грубо ответил король и повернулся к доктору спиной, давая понять, что аудиенция окончена.

Это был нехороший знак, но доктор Шеффер успокоил себя мыслью, что и у сговорчивого прежде Каумуалии бывает временами скверное настроение.

Пришлось идти на поклон к вождю Камахалолани, с которым у доктора Шеффера отношения были далеко не безоблачными. Выслушав просьбу помочь с людьми, вождь напрямик осведомился:

— А что я буду иметь за это?

— Что бы вам хотелось? — едва сдерживая себя при таком откровенном вымогательстве взятки, спросил доктор Шеффер.

— Я хочу иметь такие же часы, как у Тараканова, — невозмутимо ответил Камахалолани.

Английские карманные часы Тараканова в дорогом серебряном корпусе были предметом зависти многих вождей острова.

— Я поговорю с ним. Может, он и согласится расстаться со своими часами ради общего дела.

Но Тараканов расставаться с часами не хотел.

— Эти часы, Егор Николаевич, — хмуро сказал промышленник, — были подарены мне лично Барановым за долгую примерную службу компании. Они дороги мне. Как же я могу отдать их?

— Да что вы так уцепились за свои часы! — загорячился Шеффер. — Неужели из-за ваших часов мы будем срывать погрузку на «Ильмень» сандалового дерева? Меня, Тимофей Осипович, просто поражают ваши шкурные наклонности и нежелание жертвовать личным ради компанейства.

— Да ладно, — презрительно сказал Тараканов, — берите. Только не надо называть меня шкурником. Это несправедливо.

Так часы Тараканова перешли в собственность Камахалолани, и посланные вождём люди начали грузить на «Ильмень» сандаловое дерево.

Тем временем в Ваимеа зашла британская торговая шхуна «Колумбия». Её капитан Дженнингс сообщил доктору Шефферу, что на Оаху ходят слухи о разрыве отношений между Россией и Соединёнными Штатами и что по требованию американского правительства русский консул покинул территорию Американских Штатов. Если это действительно обстояло так, то в скором времени могло последовать оживление враждебных действий со стороны базирующихся на Сандвичевых американских купцов.

Тем не менее доктор Шеффер, передав Тараканову, Лещинскому и некоторым другим это крайне неприятное известие, попросил не паниковать и спокойно заниматься своими делами.

Сам же он отправился вместе с вождём Платовым в провинцию Ханапепе, чтобы проследить за ходом весенне-полевых работ в долине Георга.

Апрель 1817 года

Доктор Шеффер нашёл на своих землях относительный порядок. Поля и плантации возделывались переданными в его собственность канаками под руководством оставленных здесь русских промышленников. Свиноматки собирались произвести потомство. Словом, долина Георга, как и долина Шеффера, процветала, и, показывая пример другим, доктор сам, засучив рукава, с удовольствием поработал на плантациях, организовал посадку виноградных кустов и маиса и до середины мая не собирался возвращаться в Ваимеа.

Но неожиданное известие изменило его планы. Трудившийся вместе с доктором вождь Ована Платов сообщил ему, что в гавани Ваимеа был вновь замечен американский корабль, а канаки, недавно вернувшиеся с острова Оаху, где они гостили у своих родственников, привезли слухи о том, что в Гонолулу американцы подстрекают местных жителей на войну с русскими. И доктор вместе с Платовым поспешил обратно в Ваимеа.

Он всё же не представлял, что дела обстоят так плохо. Два дня назад в Ваимеа действительно приходил американский корабль. Это был тот самый «Авон», от приобретения которого для короля Каумуалии Баранов отказался. По словам Лещинского, капитан корабля Виттимор привёз Каумуалии какое-то важное и очень неблагоприятное для русских известие. «Авон», простояв в гавани часа полтора, отплыл обратно на Оаху, но на берегу осталось с десяток американских матросов, вставших лагерем возле резиденции Каумуалии. Странно было, что король позволил им это. Сразу после встречи Виттимора с Каумуалии канаки прекратили погрузку на «Ильмень» сандалового дерева, а день назад вдруг был объявлен приказ короля Каумуалии всем русским покинуть остров. Тараканов находился на «Кадьяке» и уже готовил корабль к погрузке имущества компании.

— Какой уход, что за паника, я всё немедленно улажу! — с апломбом заявил доктор Шеффер. — И объяснюсь с королём, почему он разрешил остаться здесь американским матросам.

Охранник у резиденции Каумуалии на вопрос доктора, где король, молча показал в сторону берега. Там явно происходило что-то чрезвычайное. В окружении нескольких сот вооружённых воинов Каумуалии держал совет со своими вождями и министрами. Доктору разрешили подойти к королю.

— Что случилось, ваше величество? — слабой улыбкой попытался расположить короля доктор Шеффер. — Чем вызваны прекращение погрузки на «Ильмень» сандалового дерева и ваш приказ русским готовиться к уходу с Кауаи?

Король с непривычной холодностью ответил:

— Вы слишком долго, доктор, собирались выполнить наше соглашение. А теперь мне сообщили о конфликте между Россией и Соединёнными Штатами. Я не хочу, чтобы из-за распрей ваших правительств пострадали и мои подданные. Вам лучше уйти отсюда.

— Мы пока не имеем никаких официальных подтверждений этого конфликта, — попробовал урезонить короля доктор.

— Я не хочу, чтобы вы находились здесь, когда сюда придут американские корабли, — упрямо повторил король. — Уходите!