Внизу во дворе Джон что-то обсуждает с сиром Давосом и кем-то из своих рыцарей. Увидев Петира, он сияет улыбкой и, по-мальчишечьи задрав голову, провожает его взглядом. Ещё бы рукой помахал, дурак! Давос не сводит глаз с лица Джона. Боги! Надо будет сказать этому идиоту, чтобы вёл себя сдержанней!

А всё после того, как Петир остался ночевать в его покоях. Всю ночь Джон не разжимал объятий, вздрагивал и просыпался, стоило Бейлишу пошевелиться в его руках. Гладил и целовал его без конца, шептал всякие глупости ему на ухо, зарывался лицом в волосы, даже, кажется, плакал в какой-то момент. В общем вёл себя, как последний идиот.

Петиру же снилась Санса. Хорошо снилась, как никогда прежде. Она обнимала его, прикасалась губами к его лбу и рту, ласкала его тело осторожными руками, трогала его между ног и шептала: «Любовь моя, Петир…»

Когда ближе к утру Петир Бейлиш очнулся ото сна, одна рука короля обнимала его поперёк груди, а вторая ухватила и держала там, где только что во сне это делала леди Санса. Петир попробовал высвободиться из королевских объятий. Джон резко распахнул глаза и оторвал голову от подушки.

– Петир? Что случилось?

– Ничего, Джон, спи… - прошептал он в ответ сиплым со сна голосом, - Повернись-ка ко мне спиной. Я хочу тебя трахнуть, мне приспичило.

Джон улыбнулся, послушно лег на живот и услужливо подобрал под себя коленки. После этого Бейлиш оделся и ушёл, опасливо оглядываясь по сторонам. Никто не заметил его.

И вот теперь Джон, смотрит на него с разинутым ртом, как глупый птенец, и каждый раз, когда его видит, улыбается такой откровенно счастливой улыбкой, что тут и последний дурак догадается, что между королём и лордом-протектором что-то нечисто!

Весь этот день и следующий Петир избегает попадаться ему на глаза. Зато много времени проводит с леди Сансой, вспоминая её поцелуи и пальчики на своём члене в его сне. Он просто глаз не может оторвать от её рта и рук. Дрожит от страсти каждый раз, как она снимает перчатку и прикасается к чему-нибудь. Если так и дальше пойдёт, у него случится разрыв сердца от одного вида того, как она в задумчивости покусывает пальчик.

За трапезой он следит, как она ест — так деликатно, как птичка. Подносит ложку и открывает розовый ротик, осторожно обхватывает ложку губами. И это так прекрасно, что Петиру больно на это смотреть. Иногда юркий язычок пробегает по нижней губке, оставляя её влажной и такой соблазнительной, что он просто сознание готов потерять! Боги, дайте ему терпения и решимости дойти до конца! А после свадьбы он сумеет её убедить. Ему ещё никто никогда не отказывал, если он действительно хотел заполучить кого-то в свою постель. А леди Санса… При всей её нынешней холодности, она наверняка, как и он, помнит Орлиное Гнездо и ту близость, которая царила тогда между ними. Она его простит. Он заставит её простить его. Чего бы ему это ни стоило…

Однако, случайно взглянув в сторону короля, Петир замечает, что пока он следит за леди Сансой, Джон следит за ним. Король ловит каждое его движение с такой тоской и бесконечной нежностью, глядит на него с таким нескрываемым вожделением, что у Бейлиша кусок в горле застревает. Лорд Бейлиш сдвигает брови и сверкает глазами на Джона сурово и грозно, тот приходит в себя и отворачивается. Нет, с этим решительно надо что-то делать!

С этого момента лорд-протектор перестаёт выходить в зал к трапезам и приказывает подавать еду к нему в покои. По крайней мере там этот идиот Сноу не сможет пялиться на него.

Сам же он продолжает целыми днями таскаться за леди Сансой, как привязанный, болтать с ней, давать ей советы и смотреть влюбленными глазами. Он собирается жениться на этой женщине. Какой смысл ему скрывать свои чувства? Пусть она знает, как он её обожает. Женщинам всегда трудно устоять перед мужским обожанием…

На второй день кто-то окликает лорда Бейлиша, когда он пересекает двор. Петир останавливается и ждёт, пока сир Давос Сиворт нагонит его. У Лукового рыцаря такая решимость написана на лице, что Петир догадывается, о чем пойдет разговор.

– Лорд Бейлиш!
– начинает Давос с напускной любезностью и замолкает надолго…

Ещё бы! Разговор-то предстоит трудный и крайне деликатный. Не может же Десница просто в лоб спросить Хранителя Долины, почему король Севера пускает слюни каждый раз, как его видит! Петиру даже немного жаль бывшего контрабандиста. Нянчиться с влюблённым королём — это вам не от Золотых плащей убегать!

– Я заметил…- сир Давос тщательно подбирает слова, - что Джон много советуется с вами в последнее время.

– Гораздо меньше, чем с вами, милорд, я уверен, - Петир улыбается с самой искренней любезностью.

– Да, но всё же… Джон… Его величество часто говорит с вами, но к, сожалению, не всегда посвящает меня в предмет ваших дискуссий…

Не всегда?! Сомневаюсь, что он вообще тебя в это посвящает, сир Хитрец! В дискуссии о том, как правильно действовать языком, когда сосёшь чей-то член? Вряд ли!

– Если король не считает нужным этого делать, едва ли я могу обсуждать это с вами, милорд. Уверен, вы понимаете…