– Северус, - произнесла она – его имя паром срывалось с губ, туманило утренний воздух, - здесь ведь запросто можно замерзнуть.

– Ночью со звездочками было нормально, - он протянул ей банку – так резко, что движение напоминало выпад.
– Возьми, если озябла.

Она покачала головой.

– Я себе еще сделаю, - и в подтверждение своих слов достала палочку и отправила призванные огоньки в наколдованный для них сосуд.
– А эти пусть будут тебе… если ты еще тут задержишься?..

– В слизеринском дортуаре нынче небезопасно, - отвечал Сев – отрывисто и вместе с тем таким тоном, словно ему все это порядком наскучило.

– Что?!
– Лили отпрянула от окна.
– Как это – небезопасно?
– внутри пробудилась мрачная уверенность.
– Это… о Боже, это все из-за того, что ты пропустил ту встречу с Сам-Знаешь-Кем?

– Нет – из-за того, что слизеринцы своего не упустят, - бесстрастно сказал он.
– Тебе не стоит об этом беспокоиться.

– Ага, ну разумеется, - она дышала часто и прерывисто – в воздух поднимались облачка пара.
– Конечно, мне не стоит беспокоиться – неважно, что ты ночуешь тут, как бездомный, потому что в спальне слишком опасно! Какая мне разница, что за тобой теперь охотится весь Слизерин – из-за того, что ты сделал по моей просьбе! С чего бы это мне волноваться?

– Вот именно – с чего бы?
– его голос стал холодным и колким – как растрескавшийся лед на крышах.
– С учетом твоей замечательной привычки умывать руки, как только я становлюсь неудобным, я, разумеется, предположил, что и в нынешних обстоятельствах повторится то же самое.

От лица разом отхлынула кровь – и тепло тоже, они словно вытекли из нее и исчезли непонятно куда… внутри стало зябко и пусто, и язык словно прилип к гортани. А потом она увидела лицо Сева – открытое, как оголенный нерв, искреннее и безжалостное – и оно намертво впечаталось в память, продолжало стоять перед глазами, даже когда он отвернулся, и плечи его поникли.

– Приношу свои извинения, - произнес он жестко и резко.
– Забудь ко всем хуям все, что я тут нес. Я… не вполне… в общем, просто забудь.

– Да уж, хорошенькое дело, - Лили была просто ошеломлена.
– “Забудь и не беспокойся”. Задачка проще не придумаешь. Сев… - услышав свое имя, он вздрогнул, и она вслед за ним.
– Я… это насчет вчерашнего вечера. Мне ужасно, ужасно жаль, я вовсе не собиралась оттуда сбегать, мне так хочется все загладить… это очень… это было очень жестоко, мне и правда ужасно жаль…

– Я предупреждал, что так оно и случится, - сказал Северус, по-прежнему стоя к ней спиной.
– Это неважно.

– Нет, важно! Слушай, Сев, ты ведь можешь со мной не притворяться…

Он так и не обернулся. Только молчал – и, похоже, даже затаил дыхание.

– Тебе лучше уйти, - промолвил он наконец – надтреснутый голос, казалось, вот-вот сломается.
– И попытаться жить как обычно. Так всем будет легче.

У Лили опустились плечи. Нет, так от него точно ничего не добиться – особенно сейчас, когда он в таком состоянии… Придется подождать и повторить попытку.

– Хорошо, - неохотно согласилась она.
– Что ж, тогда пошли… - и поправила сумку на плече – просто так, чтобы чем-то занять руки.

– Я сказал “ты”, а не “мы”.

– Как – ты остаешься?.. Сев, но тут же такая холодрыга!

Ей бы стоило прикусить язык, подумала Лили. Вся эта забота сейчас только выводила его из себя.

– Я уже вырос, Лили, - прорычал Северус.
– Я говорил, что намерен остаться тут, и именно так я и сделаю!..

– А может, и мне тогда тоже остаться?
– она хотела сказать это спокойным и дружелюбным тоном, но вышла только глухая угроза.

– А может, тебе просто сделать, как говорят, и свалить отсюда нахрен? Ты уже выздоровела; иди вон, поиграй с Мародерами, пока эти горе-спасатели всю школу к чертям не расфигачили.

На его лице застыла ненависть – точно лед, тонкой корочкой покрывающий пруд. Лили хотелось рвать на себе волосы, но она сдержалась и запихнула свое раздражение куда подальше. Северусу было плохо – опять – из-за ее вчерашнего поступка, хотя она и обещала, что больше никогда не причинит ему боли. Это по ее вине он теперь глядит волком, и не мешать ненавидеть – самое меньшее, что она может для него сделать.

Самое меньшее…

– Ладно. Я ухожу, - никакой реакции; его ненависть не затухала, но и не вспыхивала ярче.
– Но только потому, что ты уже в окошко готов от меня сигануть.

В голову неожиданно пришла идея, и Лили повернулась к стрельчатому проему и выглянула наружу, пытаясь запомнить расположение башенки. С Сева бы сталось зачаровать это место от гостей (и от нее в том числе), но, возможно, получится залететь в окошко… или хотя бы подняться на крышу и оттуда ему покричать…

– Что ты делаешь?
– холодно поинтересовался Северус.