— Можешь подать на меня в суд.

Снаружи буря продолжала сотрясать старый трейлер. А в темном чреве фургона Рэйчел умоляюще посмотрела на Люка, ее бойцовский дух увял прямо на глазах.

— Пожалуйста, не надо, — прошептала она.

— Прости, — ответил он, накрыв ее тело своим. — Назад дороги нет.

Она презирала себя не меньше, чем Люка. Она струсила, умоляя о пощаде, а он посмеялся над ней. Говорят, в изнасиловании нет ничего от любовного влечения, что это лишь проявление внутренней ярости и злобы. И это ужасное действо внутри старой колымаги Люка Берделла тоже не имело ничего общего с сексом, все сводилось к запугиванию и желанию подчинить.

Она могла отключить свой разум, унестись мыслями далеко отсюда. Она ощущала тяжесть его тела, однако Люк был не таким уж тяжелым, как ей казалось вначале. Если ее мысли будут и дальше течь в том же направлении, то она непременно почувствует его напряженный член под джинсами, которые он все еще не снял. Только она постарается об этом не думать. Она не будет ему больше противиться, потому что это пустая затея. Нужно просто немного потерпеть, она сильная, она справится.

В душном чреве фургона тело Люка пылало жаром. Он прижался к ее груди, длинные волосы касались ее кожи, а руки плавно, дразняще скользили по ее бокам. Сама не зная почему, Рэйчел задрожала в темноте. Он целовал ее так, как никто другой. Его поцелуи были влажными, горячими и почему-то волнующими. Они не были похожи на мокрые, слюнявые поцелуи, которые ей приходилось терпеть прежде.

Он снова накрыл ее груди большими сильными ладонями, и Рэйчел застыла на месте. Вот еще одно непривычное ощущение, к которому следовало привыкнуть. Ее кожа горела, казалось, что в нее впились сотни тончайших иголочек, чувствительная плоть начинала пылать от малейшего прикосновения. Рэйчел хотелось выбежать голой под холодные струи дождя, охладить разгоряченное тело. Вместо этого она лежала на кровати, придавленная сверху мужчиной, который твердо намерился заняться с ней сексом, и ей некуда было бежать.

Рэйчел знала, что он будет касаться ртом ее груди, и сказала себе, что готова к этому испытанию.

Как же она ошиблась!

Люк пробежался языком по соску, словно змий в библейском Эдеме, и сосок сразу же набух у него во рту. Она вцепилась в простыню руками, вытянутыми вдоль тела, твердо вознамерившись не оказывать сопротивления, хотя ей очень хотелось стукнуть Люка кулаком, но в этот момент он перенес внимание на второй сосок. На этот раз он укусил нежную вершинку, всего чуть-чуть, заставив Рэйчел выгнуть бедра от бессильной ярости.

Но судя по всему, Люк знал, что она не сердится. Он двинулся вниз, поцеловал по пути живот Рэйчел, затем ухватился руками за ее бедра, и она снова закрыла глаза. Она выдержит! Она выдержит!

Люк раздвинул ей ноги, и Рэйчел не стала ему мешать, думая лишь о том, чтобы все поскорей закончилась, и она снова смогла бы вернуться к прежней жизни. Она ждала, что он скинет джинсы, навалится на нее и овладеет ее телом, причинив боль, поэтому она собралась с силами, чтобы приготовить себя к грубому вторжению. Он прижался к ней губами. Потом пустил в дело язык, и Рэйчел сердито закричала, стараясь вырваться. Люк не стал обращать на нее внимания, по-прежнему крепко удерживая ее за бедра, пока Рэйчел яростно билась в его руках.

Она схватила его за волосы и больно дернула, но Люк никак не отреагировал.

— Прекрати! — закричала она, задыхаясь от злости. — Не делай этого!

Она попыталась лягнуть его, но Люк придавил собой ее ноги, и она не могла вырваться из его плена. Рэйчел могла лишь брыкаться и дергаться, пытаясь остановить Люка, причинить ему боль, пытаясь выкинуть все из головы и не обращать внимания на то, что он с ней делал.

Она пыталась себя уверить, что все это — часть плана, чтобы заставить ее подчиниться. У него не было ни одной причины, чтобы проделывать с ней такие выкрутасы, вндь он, конечно же, не получит от этого никакого удовольствия. Это всего лишь часть плана, чтобы уничтожить Рэйчел, но она ни за что не позволит этому случится.

Она дышала с трудом. Кожа пылала, сердце колотилось, как сумасшедшее, и ей страстно хотелось оказаться как можно дальше отсюда. Она попыталась пошевелить бедрами, но все оказалось тщетно. Потом пальцы Люка проникли глубоко в ее тело, в то время как он продолжал ласкать ее ртом, и Рэйчел еле сдержала крик.

На короткий миг тело ее содрогнулось, но потеряв голову от ужаса, она всеми силами сопротивлялась нахлынувшим на нее чувствам. Люк поднял голову и посмотрел на Рэйчел, и в темноте ей удалось разглядеть блеск в его глазах и влагу на губах. Глядя на нее, Люк вытер рот о свое плечо.

— А ты все никак не смиришься, — проворчал он.

— Я никогда не смирюсь. А теперь отпусти меня или заканчивай поскорей, — решительно сказала она, стараясь подавить дрожь в голосе.

Он расстегнул джинсы и спустил их вниз. Рэйчел заставила себя посмотреть на него, чтобы утвердиться в своем отвращении. Даже в темноте она заметила его напряженный член, который к тому же был довольно большим, намного больше того, с чем она сталкивалась до этих пор. Значит, будет еще больней, подумала она с мрачным удовлетворением. И она это возненавидит. Но выдержит.