Северус не понимал такой спешки, можно было подождать и утра, но, мотивируя тем, что фото ещё будет делаться почти сутки, а ей оно очень нужно, девушка убедила зельевара.

Когда они дошли до своей комнаты, Нина была в отличном настроении, строила планы на ближайший месяц, и мысленно рассуждала с фатальным спокойствием, что какая разница, сколько прожить, если прожить поистине счастливым. Неизвестно же, вдруг пойдёшь, даже в своём магловском и мире, и на голову упадёт кирпич. И куда шёл, зачем жил… Здесь хотя бы известно, когда это произойдёт. И зачем жить. Наверное, ещё утреннее зелье не выветрилось, то самое, разлившееся по сосудам огромной жизненной силой. (О том, что это кровь единорога, стоившая почти 3 деканских зарплаты и запрещённая к продаже и покупке, Снейп, конечно, не сообщил).

В радостном расположении духа Нина уже повернулась к мужчине, чтобы обнять его и увлечь в спальню, но он сказал:

– Я пошёл дежурить.

– Сегодня вроде по графику МакГонагалл?

– Минерва с утра на успокоительном, и я ещё и виноват, – мрачно усмехнулся Северус.

Он поцеловал Нину в щёку и вышел.

Дежурить после беспокойной ночи он не больно-то собирался, тем более, что в смены женщины-кошки студенты редко безобразничали: кто знает, когда к тебе подкрадётся старая анимагичка? Одной миссис Норрис уже через край.

Поэтому, наскоро обойдя коридоры, Снейп трансфигурировал себе диван и укрылся пледом.

Нина же планировала сгонять в дом Блэка забрать крестраж, раз уж не спится, и тепло одевшись, выскользнула из спальни.

Камин ещё догорал, пришлось бы или тушить, или ждать, а вот наличие дивана со Снейпом оказалось непредвиденным обстоятельством. Она уже хотела прокрасться обратно, как профессор окликнул её:

– Так ты спишь?

– Как ты дежуришь, так я и сплю, – нагло сказала девушка, усаживаясь рядом.

Мужчина не рассказывал, в каких хлопотах прошла его предыдущая ночь, всё равно Помфри рано или поздно проболтается. Но спать хотелось ужасно, а пить бессонное – нет.

– Мы завтра сходим за крестражем, – вздохнул он.

– У тебя итак хватит дел… и как ты…

– Я легилимент, Нина! – резко ответил он. – Надо было лучше укрывать сознание, – Снейп сел, отбрасывая плед. – Почему ты решила пойти к Блэку ночью?

– Чтобы не терять времени, – просто ответила Нина, – и ты не мог бы немного сменить тон?

– Извини. Я не хочу, чтобы ты шла туда одна, тем более – ночью. Кто знает, чего ждать от этого кобеля…

– Северус, – Нина не сдержала улыбки, – да нормальный он. В моральном плане…

– Он 12 лет провёл в тюрьме!

Нина молчала. В чём-то Снейп, может, и прав, но страха Блэк у неё не вызывал. Даже в том смысле, на который намекает зельевар.

– Завтра мы сходим вдвоём, – Снейп взял её руку.

– Только обещай мне, что вы не подерётесь, – весело сказала Нина и потянула мужчину в спальню, – тебе надо выспаться, я помню, что диван – неудобный.

После её слов профессор расслабился и снял с лаборантки теплую мантию.

– А ты обещай мне не влезать ни в какие авантюры без моего ведома, – устало добавил он, когда девушка устроилась рядом с ним, почти свернувшись в клубок. – Холодно?

– Ну… могло быть теплее, – хитро ответила Нина, но не повернулась, Снейп обнял её и сразу уснул.

====== 27. «Сбежавшая невеста». ======

Едва за витражным окном появились рассветные солнечные лучи, и маленькая спальня в подземелье наполнилась приглушённым светом, Нина открыла глаза и тихо, чтобы не разбудить спящего профессора зельеварения, встала с кровати.

Девушка отправилась в душ, время было раннее, но, когда вышла, Северус Снейп уже поджидал её в кабинете.

– И что подняло тебя? – сонно спросил он.

Нина посмотрела на его недовольное выражение лица и ответила:

– Да, Северус, я хочу слетать на площадь Гриммо до уроков. Но без тебя я не пойду, можешь не волноваться, – она с улыбкой вызвала домовиков (эти существа, кажется, никогда не спали), и Винки с Добби радостно притащили завтрак.

Быстро расправившись с едой, слизеринцы вышли на улицу, и профессор повёл Нину к воротам.

– А почему не через камин?

– Он может быть заблокирован или просто не расчищен, а я не собираюь проверять это своей головой, – проворчал Снейп.

Они трансгрессировали прямо на порог невидимого для магглов здания №12 на площади Гриммо, и постучали. Ответа не последовало, но дверь была заперта на простую «алохомору».

Северус зашёл первым, освещая путь палочкой и выслушивая нецензурную брань просыпающихся картин. Очевидно, в роду Блэков английские манеры были не в чести, по крайней мере, после смерти. Каких только слов не услышали гости в адрес своего происхождения и касательно причин появления в этом старинном доме, пока на первом этаже на них не набросился спросонья огромный чёрный пёс, с рычанием подскочивший с ковра. Разглядев на бегу пришельцев, он разом обратился в человека, в бывшего узника Сириуса.