Северус предпочёл не спорить, его чёрные глаза и так были чуть не квадратными после обретения новых сведений.

– Берни, только один вопрос. Что сделать, чтобы Нина осталась со мной?

– Северус, ты читал свитки в моём хранилище.

– В них не было ничего подходящего.

“Плохо читал”, – выражало лицо друида, не желавшего отвечать.

– Северус, а что ты чувствуешь к Лили? Ведь ты по-прежнему связан обетом заботы о её сыне.

Застигнутый врасплох вопросом, зельевар помедлил.

– Я не знаю, что я чувствую. Благодарность за... годы своей юности, за поддержку, которая не дала мне сломаться.

– А что было раньше?

– Я любил её. Надеялся, что она полюбит меня так, как люблю её я. Она... да, я обидел её, но ведь она... предала меня первой, ещё в школьные годы. Впрочем, если разобраться, я не предавал её, а хотел спасти. Она пострадала из-за игры Дамблдора, – не через меня, так через кого-то другого лорду бы донесли пророчество. Долькоед продумал всё так, чтобы я был связан с Лили только чувством вины, иначе я ненавидел бы сына Поттера. Лили выбросила меня из своей жизни, перестала общаться из-за одной случайно брошенной в гневе фразы, брошенной, когда Лили как все не поддерживала меня, а смеялась. Она уже всё решила и ждала удобного случая, повода, чтобы исчезнуть. Видимо, это было общение из жалости, или как там говорят у них на Гриффиндоре, “из желания помочь для общего блага”. Но я бы не сломался без неё, даже один в целой школе. Если бы не её дружба на факультете, меня бы и мародёры не трогали. Она делилась с ними тем, что я доверял только ей, она давала Джеймсу учебники моей матери, и это обернулось против меня. А в детстве ей просто нужен был тот, кто разбирается в магическом мире, и раз им оказался сосед-оборванец, значит, можно потерпеть и его.

Она выбросила меня, и больше не вспоминала, вот что было раньше, Берни, – сухим безжизненным тоном закончил Снейп.

– Я рад, что ты осознал это, Северус. А если бы она появилась сейчас перед тобой? Если бы она оказалась жива? Ведь есть зелья, неизвестные и тебе, Северус. Может, в ту страшную ночь в Годриковой впадине, когда ты видел её неостывшее тело, она была жива? – гипнотическим тоном говорил друид, и едва заметный огонёк на долю секунды блеснул в глазах зельевара.

– Я... я бы извинился за всё, что случилось той ночью. Что не мог защитить её, и по многим причинам не имел права, – совершенно пустым голосом ответил профессор. – Причём здесь Лили?

– Абсолютно ни причём, – тихо улыбнулся друид.

– Но… почему Нина… в смысле, как так всё получилось, – профессор старался собраться с мыслями, но их перебивали мысли о «чудесном дворце Нурмегарде» и визитах туда директора школы.

– Уж как у тебя с Ниной всё получилось, тебе виднее, – беззлобно подмигнул старец с коварной улыбкой.

– Но… Берни… пять лет…

– Это законы магии, Северус. Не мне их нарушать, – он снова поднялся в сторону камина и выжидающе поглядел на Снейпа.

– Что? – рассеянно спросил тот.

– Не знаю. Верёвки, петрификус, может быть, экспеллиармус, или что-то покрепче? – друид улыбался, но ждал подвоха от профессорской задумчивости.

Северус приподнял руки без палочки, и Берни ушёл.

Комментарий к 33. Разговор.

*- цитата Алана Рикмана.

p.s. не бросайтесь тяжёлыми предметами и заклинаниями, автор слегка тормозит с новыми главами по “фидесу”...

====== 34. Последняя из Гриндевальдов. ======

– Северус! Ты дома?

– Да, Нина, ты уже проснулась? – на автомате ответил тихий баритон, следом послышались шаги по лестнице и слабое шуршание мантии, – я иду.

– Северус, – Нина обняла мужчину, уткнувшись в крепкое плечо, – ты поговорил с Берни? Что ты смог узнать?

– Кажется, ничего толкового, – ушёл от ответа Снейп, удобнее усаживаясь на диван, – но я думаю, ответы есть в его бумагах. Мы ведь не всё изучили?

– А как же школа? Дамблдор тебя отпустит?

– Понятия не имею. И не всё ли равно? – равнодушно уточнил профессор. – Наши с тобой дела важнее.

Снейп откашлялся и заговорил немного мягче:

– Послушай, Нина… ты… ты уверена, что хочешь остаться здесь? Я… читал кое-какие источники, я знаю, что… какой ценой тебе далось это решение, – голос профессора снова утонул в неожиданном кашле, скрывая в нём, что речь даётся нелегко.

– Ты… как ты узнал… у меня же… клятва… – девушка вздрогнула, лицо её побелело от внезапного ужаса.

– Не волнуйся, только не волнуйся, Нина, тебе нельзя, – он успокоительно погладил её по плечу, погружаясь в раздумья. Ещё несколько минут мастер зелий внимательно, изучающее смотрел на девушку, что она улыбнулась.

– Северус, ты так смотришь на неизвестные ингредиенты, с каких пор я к ним отношусь?

– А? – растерянно выдохнул он.

– Сев, там в школе что-то произошло? – Нина спросила с волнением, но одновременно подвинулась вплотную.

– Нет… нет… не произошло, всё… хорошо. Слушай, ты… ты уверена?

– В чём? – искорки в глазах Нины весело блестели, – Северррус, ну что опять за сомнения? – девушка в шутку оттолкнула его, и тут же прильнула к губам в жарком поцелуе.

Но профессор отстранился.