Шрифт:
Времени почти не было. Она почти автоматически выбросила вперед правую руку. Та меняла очертания на лету, а Марина судорожно искала ответ на один важный вопрос.
«Смогу ли я дезертировать?»
Юноша выстрелил. Микровзрыв протолкнул острозаточенное копье пули. Металл разрезал медленный воздух, неумолимо приближаясь к цели. Самой короткой дорогой — в сердце.
Только цель исчезла.
Цель столкнула с дороги чья-то неожиданно сильная рука. Наконечник пули вошел в плоть — и та брызнула металлической щепой в разные стороны.
«Это не больно», — уговаривала себя Марина, — «Это металл. Это не больно».
Но было больно.
Она опустилась на колени. Судя по всему, Олег выстрелил в ответ, но промахнулся. Он присел рядом с ней, не выпуская пистолета из рук, и тревожно о чем-то спрашивал. И, кажется, сетовал, что стрелок ушел.
— Все нормально, — ответила Марина, не расслышав толком вопроса, — Мне не больно.
Глава 7
Смятая, будто гигантским кулаком, солдатская каска неистово плясала на ветру вместе с вывешенным на шесте тряпьем. Через пулевые отверстия свистел крепнущий ветер. Небо чернело, суля невиданную ранее бурю.
Отца не волновали капризы природы. Он велел всем построиться у этого жуткого знамени. И Лиза тоже повиновалась, встав у края строя и втихомолку шмыгая носом. У нее не было крепких солдатских сапог, и ноги вымокли. Солдат рядом с ней — дядя Игнат — улыбнулся ей украдкой, но потом снова с серьезной готовностью вцепился взглядом в отца.
Тот поднял руку, и где — то за его спиной небо воспылало молнией и обрушилось громом, заглушив его первые слова. Лиза подкрутила слух, отсеяла свистящий ветер и неистовый грохот. Без толку — природа вещала на всех волнах.
— Наш боевой товарищ, наш брат, — рубил воздух отец, указывая на шест, — погиб, исполняя свой долг. Наши враги думают, что мы отступим. Что у нас нет чести, как у них, бросающих своих раненых на произвол судьбы. Но мы своих не бросаем и не забываем. Мы помним, что у нас есть враг. Сильный и хитрый. Мы должны ударить до того, как он придет в наши дома. Ударить наверняка, бить без промаха. Не жалея себя. Как он делал, в память о нем.
Отец повернулся к шесту, приложил руку к козырьку. Строй повторил за ним приветствие и замер под моросящим дождем. Безмолвная стена людей, встречающая ветер, будто волнорез — бушующее море. Лиза восхищенно смотрела на них, жалея, что у нее самой нет даже малюсенькой шапочки.
Отец первым опустил руку и поднял вверх оружие.
— Мы готовы, — провозгласил отец, кивая куда — то позади строя. Лиза непроизвольно обернулась — там толпились четыре огромных фуры, пришедшие несколько часов назад. Отец ждал их и выдвинулся им навстречу, как только получил весточку. «Как ты мог оставить Марину?» — спросила тогда она его. «Глупости ты говоришь», — возразил отец, — «Она в безопасности. Я позаботился.»
И Лиза поверила. А чего бы ей было не поверить? Ей было хорошо тут с ним. Все были своими, все улыбались ей и дарили подарки.
— Маленький Гаврош, — смеялись про нее.
— Я не Гаврюша, — сердилась Лиза, и солдаты взрывались хохотом.
Отец окинул взором молчаливый строй и, кашлянув, собрался сказать что — то еще. Завершить речь ударным аккордом.
Но гроза высказалась раньше. Порыв ветра чуть не сбил Лизу с ног, сшиб фуражку с головы отца, а деревья вокруг опасно накренились. Молния исполосовала небо, от горизонта до горизонта, и из прорези на них обрушились ливень, град и злорадный хохот грома.
И в этот миг что — то щелкнуло. Лиза услышала вой сирен, бой барабанов, топот маршей и пение труб. Из мира вновь пропали краски отличные от изумруда и рубина, руки вновь стали острыми. «Дрон?» — Подумала она, — «не бывает таких дронов. Это сильнее. Громче. Это как…как тогда. Когда все началось».
Система СОМН дала сбой.
Закат был багрово — красным. Ветер, чересчур уж сильный для вечера, срывал последние листья с деревьев и расшвыривал их по округе. При каждом порыве стекла в окне школьного медкабинета жалобно дрожали.
— Завтра будет гроза, — мрачно предрек Олег. Марина пожала плечами и, чуть щурясь, посмотрела на висящую под потолком тусклую лампочку. Больше месяца она не видела электрического света.
— Я думала, света нигде нет, — подумала она вслух. Молодая женщина, осматривающая ее правую руку через диагностические очки, ответила, не отвлекаясь от обследования:
— А только в школе и есть. Ребята бензиновый генератор поставили. Так… — она сняла очки и положила на стол, — вроде все затянулось само. Пули я не нашла. Видимо прошла навылет.