"Как же - не надо? Надо! Это же та гадина, что наших и унгривцев сократила!"

"А тогда и тебя турнут... в лучшем случае", - грустно констатировал внутренний голос разума.

"И пускай! Зато хоть глазки поросячие кой-кому выдряпаю на прощание!"

"А где потом работу найдёшь? Видела, как всё производство стало. Маму с батей поувольняют, кто будет им помогать?"

"РРРРРР! Миклуху бы сюда!"

"Миклухи нет и не будет, а тебе здесь жить..." - Борьба разума с экстремистскими побуждениями продолжалась всего мгновение и, чувствуя себя последней предательницей интересов трудящихся, Люда пристыжено поникла головой и поплелась дальше.

Вот, так вот. Так оно и происходит: с нею, с людьми, со всей страной. А ещё драться собиралась... Тьфу! Смотреть вокруг было противно, на душе - гадостно, смысла жизни - никакого, кроме тупо инстинкта самосохранения. Может, если бы она не знала ощущение большого живого Мира, приспособиться было бы легче. Ну, ходят тут паны вельможные, хозяйничают, как у себя дома - обойди и тешься, что не тебя уволили. Ну, валится всё вокруг и неизвестно, что будет дальше - крутись и выживай, пока что-то не построится. Ну, отобрали всё, что было в жизни дорогого - ничего, как-нибудь наживём новое. Да всё бы ничего - собрался с духом и живи потихоньку!
– если бы не память, которую нельзя просто стереть и которую Люда уже начинала тихо ненавидеть вместе с собственным бессилием. Поэтому, в каморку сисадмина она вошла в состоянии полнейшей прострации - медленно и уныло.

– Кость, а Кость...

– О, господи!
– подпрыгнул тот в кресле и, откинувшись на спинку, уставился на неё, как на привидение.

– ...Ну почему всё так паршиво, а?
– закончила Люда мысль, дошаркала до лежанки и взгромоздилась на неё с ногами.

Костик несколько секунд разглядывал её потерянный лик.

– Дай догадаюсь: и те - не взяли, и эти - попёрли?

– Ы ы, - грустно покрутила она головой.
– То есть, ОТТУДА конечно попёрли...

– Ага, значит получилось!
– воодушевился он.
– И как ТАМ?

– Так себе...
– скривилась Люда и принялась рассказывать, наплевав на всякую секретность: - ...Лёшку вот ранили. Думала - не довезу, так страшно было.
– Костя на это дернулся было что-то спросить, но передумал.
– Потом на летающей тарелке прокатили... А потом отобрали Миклуху, поблагодарили за службу и вернули домой. Нормально, да?

– Жлобы!
– на полном серьёзе посочувствовал Костик.

– Не, не жлобы. Со жлобами я потом чуть не подралась... ну, когда шпионы отпустили.

– Так ты к ним всё-таки попала?!

– Ну да. Как только ТЕ вернули, так и попала: сначала к нашим, потом - к ихним...

– Ого! И как?

– Так себе, - призналась Люда.
– Я им чистую правду: меня похитили инопланетяне! А они не верят. Обидно, да?

– И что?!

– Ничего. Помурыжили и решили избавиться от тела.

– В смысле?!

– Ну, выписали пропуск и избавились. А те - не наши - так даже до общаги тело подбросили... так сказать.

– Фух! Ну ты даёшь...

– Я никому, ничего...

– Ладно-ладно!.. Так я не понял, чего грустим-то?
– удивлённо воззрился на неё Костик сквозь очки.

И тогда Люду прорвало...

– ...Не хочу!.. Не могу!.. Этого просто не может быть!.. Я НЕ-ПО-НИ-МА-Ю!
– она уже не кричала - рыдала Костику в плечо (когда только успела уткнуться), избавляясь от жгучей боли в душе. Костя сидел рядом на кушетке, молча терпел и гладил ей спину.

И тут зазвонил телефон.

Костя всё так же продолжал придерживать Люду, не реагируя на вызов.

Телефон продолжал звонить.

Душевно реветь под такой трезвон было решительно невозможно.

– Может возьмёшь?
– всё ещё всхлипывая повернула она голову набок.

– А!..
– кратко отмахнулся Костик.

– Шо - а? А вдруг - начальство?
– проснулась у Люды ответственность и она окончательно отстранилась.
– Ко-о-ость!..

– Да какое начальство...
– начал тот, но под её укоризненным взглядом всё же поднялся и взял трубку: - У аппарата!

– Сколько тебя ещё ждать!
– потребовал слышный за два метра женский голос.
– Чтоб через пять минут был наверху!

– Яволь!
– сообщил трубке Костя, положил её на место и обратил строгий взор на Люду.
– Значит так, ребёнок! Хорош рёвы разводить. На, вытрись, - нашарил он в кармане и протянул носовой платок.
– Сейчас идём на пятый этаж пьянствовать.

– Ой, взрослый мне нашёлся...
– обиделась Люда. Она ему тут самое сокровенное, а он, типа - сопли утри, деточка!

– Конечно ребёнок, - нимало не смутился Великий Сисадмин.
– У меня дочка - такая, как ты...

– Да-а-а?!

– ...Скоро будет... лет через десять-двадцать.