– Ну, прям-таки...
– засмущалась Люда.

– Да она уже и Орхану Селимовичу надоела, и своего Ирката задёргала, хорошо хоть выше не успела добраться...

– ...СВОЕГО?!

Сбитый с мысли Лёшка тупо заморгал.

– Чего?

– ...Своего, ты сказал, Ирката?

– А! Ну да - своего. И чё?

– То есть, она с ним?..

– Ну-у-у, в процессе...

– Мать моя - генетика! А я-то думаю...

– О чём это?

– А? А, неважно...

– То есть - не важно?

– Ну-у-у... просто не важно, - поторопилась отбрехаться от своих дурацких фантазий Люда и срочно сменила тему: - Слушай, а хорошая из них пара получается, главное - как подходят друг другу!

– Чё это?
– заладил он, явно не успевая за виражами её умозаключений.
– Нет, подходят, наверное, но...

– ...Да так - пока до одного дойдёт, другая успеет понять, шо собственно хотела.

Лёшка вдруг задумался и взгляд у него стал такой мечтательный-мечтательный!..

– Э! Э! Жених! Ты только не вздумай им это ляпнуть!
– забеспокоилась Люда.

– Ну-у-у, как получится...
– с многозначительной ухмылкой пообещал он, явно прикидывая какую-то пакость, потом обернулся к ней и уставился подозрительно нахальным прищуром: - Слушай, будущая супруга, а чегой-то ты вообще к Эльке прицепилась? Ты, часом, не ревнуешь?

– Я ещё не согласилась, - прохрипела Люда, чувствуя, как бросается жар на щёки, причём во второй раз за пять минут - хоть светофором записывайся!

– Ну, так соглашайся!
– то ли подогнал, то ли взмолился Лёшка.

Но в преддверии решительного ответа Людой вдруг завладели ужасные сомнения.

– А познакомиться?
– вспомнила она.

– Ну, так знакомься!
– Вид у него снова стал усталый и задёрганный.

– Ну... тогда такой дурацкий вопрос...

...Через полчаса "дурацких" вопросов Лёша запросил "пардону".

– Короче! Не был, не участвовал, не привлекался, не состоял, порочащих связей не имел...

– Шо, совсем-совсем?..
– имея ввиду что-то своё, поинтересовалась Люда.

– В смысле?
– удивился он, но под этим искренним взглядом Люда не рискнула озвучить, что она такого имела ввиду.
– Слушай, может хватит уже, а?

– А-а-а... как у вас с этим... браком?

– Ну как...
– обречённо вздохнул Лёша и принялся уныло объяснять: - У меня уже есть четыре жены, у них - ещё шесть мужей. Живём большой дружной семьёй. Имеем семеро общих детей...

– Врёшь, - уверенно констатировала Люда.

– Вру, - не стал отпираться он.

– Зачем?

– От страха, что ты, не приведи господи, согласишься, и придётся всю жизнь так мучиться.

– Па-а-нятно...

– Ещё вопросы будут?

Люда ещё подумала, что предложение было скорее риторическим и что пора бы уже заткнуться, но отключившийся разум уже ничего не контролировал и язык, как помело, молотил дальше, совершенно не сообразуясь с обстановкой.

– А вот ещё такой глупый вопрос...

– ЛЮ-ДА!
– крик души заглушил, наконец, брандспойт её любознательности.
– Людочка... пожалуйста... послушай... Мне уже всё равно - соглашайся ты, не соглашайся - давай, ты просто подумаешь и сама решишь, стоит ли к нам ехать. Если надумаешь, скажешь Косте... Если не надумаешь - скажешь Косте... И пусть за тобой приезжает, кто хочет - хоть Орхан Селимович, хоть вся Академия с профессорами. Они объяснят, уговорят, покажут... А я уже не могу, - Лёшка замученно покачал головой и поднялся с кровати, продолжая говорить, как бы себе самому: - Мне вообще, вставать ещё нельзя... и ходить нельзя... Меня вообще, силком вытолкали эти два проходимца и одна проходимица... Я, видишь ли, должен... у меня, видишь ли, есть что сказать... А я уже никому ничего не должен. И, пропади оно всё пропадом, терпеть такие издевательства...

Люда слушала Лёшкино бурчание и её не покидало странное чувство, будто слышит она его уже много-много лет. И не то, чтобы ей это сильно нравится, но совершенно не раздражает, больше того - заставляет улыбаться, как на что-то привычное, родное, без чего и жить было бы неинтересно. А ещё присутствовала во всём этом какая-то непоколебимая уверенность, что никуда он от неё не денется. И когда Лёшка, изображая руками пучину отчаянья и бурча под нос нерушимые клятвы "больше никогда и ни в жисть", почти дошёл до двери, она, уже едва сдерживая хихиканье, позвала:

– Лёш, стой! Ну, стой же!

– Чё тебе ещё надо?
– вымученно раздражённо бросил он через плечо.
– Опять чё-т придумала поизмываться?.. Надоело всё, домой хочу...

– Обними меня...
– едва выговорила Люда под аккомпанемент зашедшегося сердца и опять отчаянно покраснела.

Она даже не заметила, как Лёша оказался рядом. В одно мгновение её ухватили под мышки и, как куклу, сдёрнули с кровати. "Беретик-беретик-бере!.. А ла-а-адно, чего уж там..." - всполошился было здравый смысл, но поздно - она уже вся очутилась в Лёшкиных руках, прижата и охвачена.