– Это дядька мой…

– А теперь, Швара Горшок, слушай меня. По этой верёвке ты должен выбраться наружу. Но выбраться очень быстро, иначе тебя раздавит вон та дура, опускающаяся сюда. Спасение от неё одно – нырнуть. Это мы сейчас и сделаем. А как только всплывем, ты сразу карабкайся вверх. Понял?

– Ага… Только вот что я хотел сказать. Для острожан ты стал богом. Особенно для Горшков, Иголок, Колодцев и Киселей. Там все ждут твоего возвращения. Ждут, что ты изменишь нашу жизнь к лучшему.

– Ныряй! Без головы останешься! – Темняк едва ли не силой заставил Горшка окунуться.

Едва только «пыж», соприкоснувшийся с водой, пропал неведомо куда, как Темняк уже подтолкнул Швару в зад – «Полезай!».

Тот взбирался хоть и энергично, но как-то бестолково. Больше суетился, чем взбирался. И, тем не менее, у Темняка зародилась уверенность, что первая попытка окажется успешной. Однако на середине пути парня оставили силы. А «пыж» был уже тут как тут.

Швара мешком рухнул вниз и сразу пошел на дно. Вода в трубе окрасилась в розовый цвет.

– Первый блин комом… Ах, Швара, Швара… – пробормотал Темняк, принимая следующего рекрута.

Повторив слово в слово прежнюю инструкцию, он добавил:

– Если видишь, что не успеваешь выбраться из трубы, прыгай вниз.

Рекрут полез вверх ловко, как обезьяна, но достигнув горловины трубы, почему-то остался сидеть на её краю, где и был застигнут очередным «пыжом», неотвратимым, как дамоклов меч.

А рекруты всё прибывали. Тыр явно спешил. Сейчас в узкой трубе находилось сразу трое людей и двое мертвецов, а вода цветом напоминала гранатовый сок. Светящийся гранатовый сок.

– Не хочу вас огорчать, но оба ваших товарища погибли, – сказал Темняк, стараясь ничем не выдавать свою боль. – Сейчас мы купаемся в их крови. Первый зря растратил свои силы, а второй просто зазевался. Не повторяйте их ошибок. И всё время помните, что в вашем распоряжении только сто ударов сердца. Только сто! Если вам так будет легче, считайте про себя.

– Пустите меня, – попросил рекрут, которого, как помнилось Темняку, звали Фируг Башмак. – Я сегодня подтянулся больше всех. А тут дел-то на раз плюнуть.

– Полезай. Покажи всем, как это делается, – напутствовал его Темняк.

Фируг действительно обладал завидной силой и на одних руках одолел первую половину пути за двадцать секунд. У Темняка уже от сердца отлегло, но парень внезапно запутался в петле. Это был прямо какой-то злой рок!

– Прыгай! Прыгай! – заорал Темняк, но даже если Фируг и слышал его, то освободиться от туго затянувшейся петли не имел никакой возможности.

«Пыж» прижал его к стене, а когда труба очистилась, стало видно, что Фируг, уронив голову на грудь, висит на одной руке, словно преступник, преданный мучительной смерти. Проплывающие мимо «пыжи» давили и плющили его, но оторвать от верёвки не могли.

Теперь выбраться наверх стало вообще невозможно – мешал покойник. А пополнение снаружи всё поступало. Велев собравшимся в трубе рекрутам не падать духом, Темняк единым махом вернулся в бассейн.

– Больше никого не посылай, – сказал он Тыру. – Беда у нас.

– Да я уже и сам это понял, – Тыр кивнул на красную муть, выползавшую из трубы. – Сколько погибло?

– Трое.

– Ну ещё не страшно.

– Тебе не страшно, а меня из-за каждого человека ужас берет. Это ведь я их сюда заманил.

– Не переживай. Оставшиеся в живых тебе потом руки целовать будут, – флегматично пообещал Тыр.

– Если кто-то останется…

Выбравшись на стенку бассейна, Темняк схватил первую попавшуюся под руки острую штуковину и сразу бросился обратно, навстречу медленно наплывающему облаку крови.

Оказалось, что во время его отсутствия один слишком нетерпеливый рекрут попытался выбраться из трубы самостоятельно и тоже погиб. Это означало, что злой рок, на этот раз вооружившийся незамысловатым «пыжом», выигрывал у Темняка со счетом четыре к нулю. Поистине разгромный результат!

Обругав уцелевших рекрутов за потворство самоуправству, Темняк занялся расчисткой пути наверх. Выждав удобный момент, он вскарабкался по скользкой от крови верёвке и принялся своим примитивным ножом перепиливать руку несчастного Фируга в запястье (это было всё же проще, чем резать прочную и глубоко врезавшуюся в человеческую плоть петлю).

То, что не успел нож, докончил собственный вес Темняка, повисшего на покойнике. «Пыж» уже маячил над ним, когда оба – и живой, и мертвый – рухнули в воду.