Он услышал, как дверь сарая распахнулась и ударила о стену.

Звук был таким громким, словно дверь рассыпалась в щепки от удара.

Джимми знал, что никакому урагану такое не под силу.

Он слышал за спиной тяжёлые шаги и знал, что приближается чудовище.

Джимми чувствовал загривком его горячее дыхание.

«Пусть подумает, что я мёртв», - взмолился мальчик.

«Пусть подумает...»

Зверь обнюхал мальчишку вдоль позвоночника, отдёрнул морду и застыл, шумно втягивая воздух.

Джимми не выдержал, с криком вскочил на ноги и побежал.

Монстр взвыл, и мальчик почувствовал, как кончики когтей цепляют его шею.

Но он уже был у двери. И секундой позже вбежал внутрь.

Он отшвырнул болт и схватил висящее над очагом ружьё.

Открыл ствол и онемевшими пальцами вставил патроны.

– Ты что делаешь, милый?
– спросила мать, быстро пересекая комнату.

Джимми произнёс лишь одно слово:

– Монстр.

Эбигейл Лаутерс с убранными назад в пучок седыми волосами, не впечатлила эта детская глупость.

– Я же сказала привести брата, - резко произнесла она.
– Ванна остывает...

Мальчик посмотрел на неё ошалевшими глазами, и слова умерли на её губах.

Его лицо было мертвенно-бледным, на рубашке засохли следы рвоты, а по шее стекала кровь.

– Чонси, - пробормотал он.
– Чонси мёртв.

Эбигейл несколько мгновений молчала, пытаясь осознать эти короткие два слова.

Она слышала, как её двоюродная сестра Вирджиния напевает на втором этаже, купая младшенького Джо Джо.

Мёртв?

Чонси не может быть мёртв. Ерунда полнейшая!

– Монстр добрался до лошадей, -

всхлипнул Джимми.
– Разорвал их на части... А Чонси... Он его ел...

Мать выхватила ружьё из его рук.

Об дверь что-то глухо ударило.

Затем ещё раз.

И ещё.

– Поднимайся наверх, - спокойно произнесла женщина, но в голосе её звучал металл.

Джимми никогда не слышал, чтобы мать говорила таким тоном.

Он машинально попятился к лестнице; из глаз Джимми ручьём текли слёзы.

В дверь ударяли снова и снова.

Брус, запирающий двери изнутри, начал трескаться, а затем раскололся пополам.

Дверь выгнулась, а потом просто рухнула внутрь дома.

На пороге стоял монстр, низко, по-звериному ворча.

Эбигейл смотрела на него и думала, что так, наверно, и выглядит пришедший из ада демон.

Кто же ещё это мог быть?

Чудовищу пришлось пригнуться, чтобы протиснуться в дверной проём. Ночной кошмар с ободранной кожей и клочками шерсти, воняющий скотобойней и припорошенный снегом.

Его огромный хвост качнулся вправо-влево, сметая столы и стулья.

Монстр сделал шаг вперёд, сгорбился ещё больше, но его череп всё равно касался потолочных балок.

Из уголков его рта свисали струйки слюны.

Эбигейл дважды выстрелила. Монстр пошатнулся, но не остановился.

Он приблизился к ней, габаритами напоминая скорее грузовой состав, и выбил ружьё из рук женщины.

Джимми застыл на лестнице, наблюдая, как чудовище разрывает его мать.

Словно перьевую подушку, в которой перья окрашены красным.

Кровь брызнула во все стороны.

Джимми бросился вверх по лестнице.

Его тётя Вирджиния стояла на лестничной площадке, держа маленького Джо Джо на руках.

Она застыла и с ужасом смотрела перед собой.

Джимми обернулся: посреди комнаты стояло чудовище, и всё его туловище было покрыто алой кровью матери.

– Господь всемогущий, - прошептала Вирджиния.

– Беги!
– заорал Джимми.
– Ради бога, беги!

Вирджиния развернулась, бросилась по коридору и заперлась с ребёнком в детской.

Джимми бросился в комнату отца и вернулся с ножом.

Чудовище направилось к мальчишке, перепрыгивая через ступени. Некоторые из них ломались под весом зверя, словно были сделаны из пробкового дерева.

Его отвратительное, мерзкое лицо скривилось в кривозубой ухмылке.

Ноздри раздулись, ощутив аромат мальчика.

Чудовище заметило нож, но не было впечатлено. В его груди уже и так зияли две кровоточащие дыры.

Джимми поднял нож для удара.

Чудовище обнажило дёсны и острые, как иглы, зубы.