Решение проблемы нарисовалось минут через пятнадцать, сверкая жизнерадостным ёршиком волос и красными полосами на щеках.

— Здравствуй, Тсунаде, — легкомысленно поздоровался Джирайя. — Хотел поинтересоваться, как там молодёжь дошла, нормально? Не обидел ли их кто? Сами кого не обидели? Войны случайно не развязали? И не остановили? Эм... Чего это ты на меня так смотришь? Я ведь даже в декольте тебе ещё не заглянул!

— Джирайя-а-а… — вкрадчиво протянула Сенджу, вся подбираясь, как перед прыжком. — Ты-то мне и нужен!

Шизуне невольно втянула голову в плечи, начиная прикидывать, во сколько обойдется ремонт кабинета хокаге в этот раз, но, на удивление, обошлось без разрушений. Тсунаде просто выбралась из-за стола, цепко подхватила сокомандника за локоть и потащила его наружу:

— Пойдем-ка поговорим…

Кажется, даже АНБУ мысленно сглотнули и порадовались, что гроза прошла мимо них.

А вот Джирайя все понял верно, и когда Тсунаде, наконец, остановилась, вернул ей пытливый взгляд:

— Что случилось, что ты опасаешься говорить даже в своем кабинете?

Сенджу поморщилась:

— Там я не могу ручаться, что где-нибудь рядом чисто случайно не окажется Данзо. Джи, ты мог предупредить о том, что ослабил печать?!

— А что, что-то случилось? — забеспокоился санин. — Печать сама к этому моменту должна была ослабнуть, так как планировалась на вырост и постепенное привыкание. Какие-то проблемы?

— На Наруто влияет луна, — коротко сообщила Тсунаде. — Пик излучений, слишком много чакры Кьюби в организме, слишком сложно контролировать себя… Фактически, Наруто сейчас в полуобороте.

— Наруто — шиноби и джинчурики, — отрезал Джирайя неожиданно жестко. — Всю жизнь под чьей-то защитой он не просидит. И если небольшой излишек чакры Кьюби представляет для него такие сложности, как он сможет совладать с несколькими хвостами?

— Возможно. Но сейчас рядом Акацки, а Наруто — вряд ли хороший боец.

— Мне ли учить тебя, как отсекать противника от охраняемой цели? — хмыкнул Джирайя. — Или ты хочешь, чтобы я увел его в путешествие еще на пару лет?

— Теперь уже не выйдет, — грустно улыбнулась Тсунаде. — Его команда пойдет за ним, а вместе вы слишком приметны… Да и смысла нет. Джи… Научи его сендзюцу.

Теперь нахмурился Джирайя. Как-то вдруг стало видно, что Тсунаде устала — даже не физически, морально, — что на нее и в самом деле давят все эти бесконечные дела и титул хокаге… Был ли он раньше настолько невнимательным, чтобы заметить это, или же в последнее время на химе слишком много всего навалилось? Джирайя обнял Тсунаде за плечи:

— Думаешь, стоит? Это не самая безопасная наука.

— Наруто силен… — покачала головой Сенджу. — Он уже освоил стихию и даже смог совместить ее с расенганом… Но эта техника слишком опасна. Я обследовала его сегодня… Чакроканалы правой руки повреждены, если он продолжит применять ее, то просто покалечит сам себя… Но ты веришь, что откажется использовать что-то опасное для себя лично, если будет угроза кому-то еще?

— Нет, конечно, нет, — качнул головой Джирайя.

— Вот поэтому ему нужна альтернатива. Чакру биджу нужно осваивать постепенно, чтобы организм успел к ней привыкнуть, а вот сендзюцу…

— ...к сен лучше не привыкать, — закончил Джи, задумавшись. Действительно, выходило, что пора. Чакры у Наруто много, усидчивость... Ну, как-то сам же он научился сендзюцу без этой штуки! И опасность налицо. — Можно забрать его к жабам и тренировать уже там...

— Спасибо, — очень серьезно кивнула Тсу. — Сможешь сегодня забрать? А то если он услышит про нападение Акацки, удержать его вдали от поля боя можно будет, только привязав цепью за ногу, и то если привязывать будет Учиха.

Джирайя хохотнул, представив себе эту картину. Задумался. С одной стороны, это Наруто все время гнался за Саске, да так, что за три года не успокоился. С другой… Что-то подсказывало санину, что теперь Учихе вполне может хватить дурости, чтобы сбежать из деревни уже не за силой.

— Отпустишь троих?

— У Сакуры и Саске же нет контракта с жабами, — приподняла брови Тсунаде.

— О, поверь, я разберусь, как присмотреть за ними за всеми.

После ухода баа-чан Наруко осталась в растерянности. Она никогда ещё так долго не была в реальности... Ну, в смысле, не взаимодействовала с реальными людьми. И сейчас она неловко сжимала подушечку с сердечками, не зная, что сказать и что делать.

Проще было смотреть за тем, как растёт травинка.

Да ещё и голова разболелась. Сначала читала — а читать вообще очень сложно, непонятно, как люди могут за этим часами просиживать, — потом от клонов наложилось, а теперь ещё, оказалось — и призраков-то никто не видит, и того, что баа-чан взрослая... Сложно сформулировать привычные ощущения.

Она осторожненько придвинулась к Сакуре, прислоняясь плечиком. Куноичи улыбнулась уголками губ, осторожно обняла за плечи:

— Все хорошо. Устала? Сделать массаж?