А потом дыхание вернулось. Каэл смотрел, как он же согнулся и выплевывал воду с

кашлем, облегчение накрыло его волной. Оно пролилось из его глаз, когда еще одно

чувство вспыхнуло в центре груди.

Оно охватило его, поглотило его. Оно бушевало, как огонь, горело глубже и опаснее

моря. Оно грозило утащить его в глубины, но ему было все равно. Пусть приходят волны!

Пусть льется дождь! Он потеряет себя в этом шторме, очистит душу в огне. Пусть…

Каэл убрал руки и упал на спину. Он ударился о землю и выдохнул, слезы лились по

его лицу. Откуда они? Он вытер их рукавом.

– Что это было?

Она молчала. И даже не смотрела на него.

То, что было в ее голове, оставило его выжатым, как тряпку. Его ноги дрожали, когда

он поднялся.

– Это были твои… чувства?

– Каэл! Килэй!

Три голоса прозвенели из-за деревьев, появились три человека. Тельред вышел

первым, развернулся и крикнул:

– Нашел! Они здесь, - он не был удивлен тому, что Килэй была большим белым

драконом.

Лисандр появился следующим. Его правый глаз опух и почти не открывался, его

окружал багровый синяк. Он шел напряженно, спина была выгнута там, где в нее

упирался меч Аэрилин.

– Мы их нашли, - проворчал он. – Теперь отпустишь меня?

Но Аэрилин не обращала на него внимания. Она нашла взглядом Каэла и с радостью

вскрикнула. Она бросила меч и побежала в его объятия. Она стукнула его мешком по

голове при этом.

– О, Каэл! Я так рада, что ты жив. Очень-очень рада! – говорила она, ее слезы текли

по его шее. – Я думала, ты погиб. А потом Килэй прыгнула за тобой, и я думала, что

потеряла вас обоих… Где она, кстати? У меня ее броня.

Каэл развернул ее за плечи, и она застыла, глядя на белого дракона, ухмыляющегося

ей. Она сжала запястье Каэла, посмотрела на дракона еще раз и пропищала:

– Килэй?

Та едва успела кивнуть, и Аэрилин обвила ее длинную шею руками.

– Почему ты мне не сказала, что ты, эм…?

– Оборотень, если в общем. Полудракон, если точнее, - сказал Лисандр. Он пытался

ухмыльнуться, но вместо этого скривился.

Руки Аэрилин опустились.

– Оборотень? – она кашлянула. – Не важно. Важно то, что ты – мой друг. И как ты

смела, - она погрозила Килэй, что смотрелось менее угрожающе, ведь ей приходилось

указывать пальцем наверх. – Как ты могла просто спрыгнуть с корабля? Ты могла хоть

сказать мне, что можешь расправить крылья и лететь! Но нет, ты пропала без слова и

оставила нас с грудой вещей, разорванной на ленты…

– Твоя одежда? – пролепетал Каэл. Его лицо пылало, он понял, что это значит. Килэй

снова засмеялась.

– Это не смешно, - возмутилась Аэрилин. – Дамы не лежат голыми в лесу.

– Может, перестанешь вопить и оденешь ее? – проворчал Тельред. – Времени мало.

Аэрилин пронзила его ледяным взглядом.

– Идем, Килэй, - сказала она едко. Они пропали за деревьями.

Тельред принес лук и колчан Каэла. Он снял их со спины, нетерпеливо сунул в руки

Каэла и пошел за мясом на костре.

Пока Тельред доделывал завтрак, Лисандр ворчал из-за глаза. Он осторожно касался

его, кривясь. А потом ругался, пока поднимал брошенный меч.

– Женщины, - сказал он, пряча оружие в ножны на поясе. – Нельзя брать мужчину в

заложники его же мечом. Это против правил.

Каэл был уверен, что он это заслужил.

– Что вы делали?

Хотя он до этого ворчал, Лисандр неохотно улыбнулся.

– Когда мы причалили в Коппердоке, я пообещал, что поищу тебя. Но твои лесные

друзья были намерены идти на сушу. Почему-то они мне не поверили, - отметил он. – Я

сказал им, что они не могут уйти. Джонатан пытался возразить, и мне пришлось бросить

его в подвал.

– Что? – он зарычал, и Лисандр спешно отпрянул.

– Не переживай, там много еды. И я сказал Моррису приглядывать за ним, - быстро

сказал он. – Джонатан устроил сцену, но Аэрилин была умнее. Я шел по палубе, и она

резко напала, ударила меня в глаз, обезоружила и угрожала моим же мечом, - Лисандр

широко улыбнулся. Она провела меня перед моими людьми и спустила с корабля.