— Даже не мечтай, я не позволю тебе задрать мою юбку, и вонзить две иглы шестнадцатого размера в моё бедро и сделать для меня этот «опыт приятным», перед кучкой вампиров-садистов, — сказала я, скрестив руки на груди.

Корбин посмотрела на меня сузив глаза.

— И тем не менее тебе придется подчиняться мне. Во всем.

— Что еще? — Мне все больше и больше не нравилось это. Что еще запланировал для меня Корбин?

Он снова вздохнул с разочарованием на лице.

— Тебе это не понравится, Эддисон, но ты должна позволить мне использовать гламур, хотя бы чуть чуть.

— Нет, — категорично отрезала я. — Нет, абсолютное нет. Это невозможно. Я не позволю тебе копаться в моем сознании.

— Ты позволишь. — Двигаясь настолько быстро, что я не успела среагировать, Корбин оказался рядом со мной и взял за плечи. — Посмотри на меня, Эддисон, — потребовал он. — Я дал понять, что могу очаровывать тебя, и Родерик ожидает демонстрации.

— А еще ты сказал ему, что можешь… трахнуть меня и не разорвать в клочья, — огрызнулась я. — И мы увидели результат вчера вечером, когда ты едва не потерял свой хваленый самоконтроль.

— Ты пострадала? — потребовал ответ Корбин. — Помимо залеченной мной впоследствии крошечной царапины, я причинил тебе боль?

— Ну… нет, — неохотно признала я. — И все же я не желаю, чтобы ты лез ко мне в сознание. Почему мы не можем притвориться, что ты очаровал меня?

— Родерик живет на Земле более шести веков, — мрачно ответил Корбин. — Он поймет, если мы попытаемся одурачить его. Эддисон… — Он обхватил мои щеки ладонями и посмотрел мне в глаза. — Не вынуждай меня заставлять тебя, дорогая.

— Ты не сможешь, даже если попытаешься, — сказала я, стараясь не обращать внимания на его нежное прикосновение, от которого мое сердце едва не выпрыгивало из груди.

Корбин все еще пристально смотрел на меня.

— Ты сможешь? — спросила я слегка прерывающимся голосом.

— Твое сознание окружает очень сильный щит, но если придется, я просто смету его. — Он погладил меня по щеке большой, горячей и обманчиво нежной ладонью. — Но я не желаю насиловать тебя.

— Ты не посмеешь, — похолодев, прошептала я.

— Ты знаешь, что случиться, если наш блеф провалится? — спросил Корбин. — Родерик имеет право взыскать дань с вампира, чью территорию инспектирует. Я приготовил кое-что для него, рассчитываю, что ему понравится, но он может отказаться и выставить свои требования. Может забрать твою подругу Тейлор, отдать ее Селесте или оставить себе. И тогда, ее мучения никогда не закончатся.

— Ты просто запугиваешь меня, — обвиняла я его, с придыханием и на высоких тонах. — Ты используешь Тейлор, ее безопасность всегда будет висеть над моей головой как дамоклов меч, я буду сотрудничать, так что ты без проблем сможешь сохранить свои территории.

— Ты действительно так думаешь? — Он покачал головой. — Признаю, мне не хотелось бы терять свои владения, но с моей силой я без проблем найду новые. Но там не будет тебя, моего личного Аудитора. — Он отпустил меня и отошел в сторону, его голос становился все холоднее. — Кроме того, так утомительно все начинать с нуля. Так что, у тебя нет выбора, Эддисон, ты позволишь мне сегодня использовать на тебе гламур.

— Зачем тебе вообще это нужно? — Все еще спорила с ним я. — Чего ты хочешь этим добиться?

Корбин вздохнул.

— Помочь тебе, сделать то, что ты должна будешь сделать, искренне и вежливо.

Я уперлась руками в бедра.

— И что же?

— Извиниться перед Родериком за свое вчерашнее поведение и за нанесенные ему оскорбления.

— Да черта с два я это сделаю! — возмущенно воскликнула я. — Он насиловал и пытал мою лучшую подругу. Ему повезло, что я не пристрелила его.

— Твой драгоценный Глок не поможет тебе грохнуть вампира возраста Родерика, — мрачно сказал Корбин. — Чтобы он ни сделал, он инквизитор, и я все еще нахожусь под его юрисдикцией. — Он глубоко вздохнул. — Гламур позволит тебе разговаривать с ним достаточно вежливо, не смотря на твое нежелание.

— И это все? — сузив глаза, подозрительно спросила я.

— Все. После того, как ты извинишься перед Родериком, я освобожу тебя. — Он серьезно посмотрел на меня. — Но, предупреждаю, даже без гламура, ты все еще моя супруга. Твоя работа, укрепить мои позиции и не рисковать моим положением перед инквизитором. Пока Родерик здесь, ты будешь повиноваться любому моему приказу, без возражений и жалоб. Иначе будут последствия. Ты поняла меня?

— Поняла, — с горечью ответила я. — Мне придется сыграть милую, маленькую супругу перед Родериком, иначе ты накажешь меня.