Нас окатила волна громоподобной отрыжки, вырвавшейся из глотки Гакка. В воздухе завоняло дегтем и тухлятиной.

– Пр'шу пр'щения. – Его слова были такими же вонючими, как отрыжка. – Если уж вы хотите помочь, то, может, принесете еще дегтя для этого сандвича? Личинки в дегте – пальчики оближешь! Так и скользят внутрь! А ты заткнись, парень, не то я снова плесну в тебя кислотой. – Он повернулся спиной к нам. – Деготь вон там, в бочке рядом с кислотой.

– Сам возьми свой поганый… – начал было я, но Рэчел сжала мою руку, и я замолчал.

– Мы с радостью поможем вам. – Она подошла к бочкам, наполненным пузырящейся жидкостью. Я последовал за ней, догадавшись, что она что-то замышляет.

– Зачерпните ведром! – крикнул демон.

Рэчел кивнула и взяла большое эмалированное ведро, знававшее лучшие времена.

– Иди поговори с ним, – посоветовала она.

Я послушно побрел к колышущейся груде жира.

– Личинки свежие? – поинтересовался я, не зная, о чем еще спросить.

– А ты как думаешь? Я очень разборчив в том, что кладу себе в рот.

– Да, ты похож на демона с изысканным вкусом.

– Твоя правда, – отозвался Гакк и выпустил газы. Если его отрыжка воняла падалью, то это было в двадцать раз хуже. Если бы поблизости оказались певчие птички, то они бы попадали на лету, но я выстоял.

– Опа-на! – произнес Гакк. – Пр'шу пр'щения.

Я помахал рукой в воздухе, одновременно принимая его извинение и развеивая зловонные зеленые пары. Рэчел подошла ко мне и вручила демону ведро с пузырящейся жидкостью.

– Вот, – сказала она. – Отличная приправа к твоему сандвичу.

– Благодарю вас, леди, – добродушно ответил Гакк. Он раскрыл свой сандвич с массой желтых, белых и серых червей, извивавшихся внутри, и залил все это гнусной черной жидкостью. Затем он закрыл сандвич и откусил огромный кусок. Насколько я понял, Рэчел смешала деготь с кислотой, но я сомневался, сможет ли дьявольский раствор, так жестоко изуродовавший виртуальную кожу Джереми Верди, оказать какое-либо воздействие на этого омерзительного всеядного монстра.

Мне не стоило беспокоиться. После очередного укуса Гакк перестал жевать и застыл с открытой пастью. Извивающиеся личинки сползали по его подбородку и падали на землю. Ой уронил сандвич, и освобожденные черви, еще не сожженные кислотой, расползлись под прикрытие ближайших камней, оставляя за собой следы деггя.

– Я плохо себя чувствую, – заявил Гакк, глядя прямо перед собой. – У меня болит животик…

Затем его глаза расширились, и он принялся чесать то место, где под бесчисленными наслоениями жира скрывался его желудок.

– Аггг… – пробормотал он, захлебываясь червями и дегтем, в то время как кислота исправно разъедала его внутренности. – Аг-ггг… г-ггаааккк…

Кислота оказалась настолько сильной, что проела его насквозь. На его коже вздулись пузыри, из которых брызнули желтый жир и розовая кровь. Его необъятный корпус превратился в вулканический горный хребет, причем извержение шло во всех местах одновременно. Не самое приятное зрелище.

Затем он начал плавиться. Кровь, жир, мышцы – все это текло и оплывало, и наконец, добрый старый Гакк стал очень похож на кучу розово-желтого навоза. Откуда-то из глубины кучи донесся последний всхлип протеста: “Га-ааааккк!”

– Спасибо, нас уже представили друг другу, – фыркнула Рэчел.

– Отличная работа!

– Спасибо, – отозвалась она. – А теперь давай освободим мальчика из клетки.

Нам повезло, что Гакк расплавился на том месте, на котором сидел. Веса желатиновой кучи было достаточно, чтобы удержать доску вместе с Джереми над бездной. Я добавил свой вес с безопасной стороны, а Рэчел прошла по доске и открыла задвижку.

– Спасибо! – воскликнул он. – А теперь – поесть…

– Тебя ждут кисельные реки и молочные берега, – заверила Рэчел. Но прежде чем она закончила фразу, Джереми исчез, растворился в воздухе так же, как Кристал Гетти. Я надеялся, что агенты ФГС вовремя оказались на месте и вывезли его из Пентагона.

– Ну что-ж, – сказала Рэчел, присоединившись ко мне. – Теперь и нам пора на грешную землю.

– Пора, – согласился я, но едва мы успели подумать о возвращении, как что-то замерцало в воздухе прямо перед нами. Языки красно-оранжевого пламени медленно свернулись в буквы: “ГАРАЖ”.

– Глубокая Глотка, – пробормотала Рэчел.

Она взяла меня за руку, и мы подумали о гараже. Секунду спустя мы оказались там. Глубокая Глотка нервно расхаживал взад-вперед, похрустывая пальцами.

– Я пошел на огромный риск, появившись здесь, – дрожащим голосом начал он. – Солюкс приказал усилить меры безопасности. Не думайте, будто они не заметили вашего присутствия в Преисподней; к счастью для вас, это произошло уже после вашего ухода. Теперь за всеми адскими ямами установлено прямое визуальное наблюдение, поэтому по возможности старайтесь держаться подальше от Преисподней.