Мужчина был в тёмной одежде, но не закрытой. Рубашка, да брюки, но все они безусловно выглядели хорошо. Всегда чистенькие, опрятные.

 — Я пришёл сказать тебе спасибо, — усач засунул руки в карманы и окинул мою комнату взглядом, — Ты молодец, мы все тебе обязаны.

Это пустой звук. Лишнее, если просто сказать. Мои просьбы никто из них не выполнит, если Лорин не одобрит, а это уже совсем другая история. Просто… да, я понимаю. Морик больше ничего не может. В благодарность отпустить меня? Увезти меня на другой конец города от этого ненормального? Нет, что вы? Странно, но кажется, Морик тоже обучен хорошим манерам. Даёт призрачную надежду на наши возможные хорошие отношения. Умница.

 — Пожалуйста, — сдержанно улыбнулась я, разглядывая стену.

На некоторое время повисло молчание. Я разговор продолжать не собиралась, а ликан… да кто его знает, почему он молчал? Может, думал, может просто не знал, как ещё соврать?

 — В общем, наверное, через пару недель Лорин совсем встанет на ноги, твои отвары и эта трава поможет ему, — двигаясь к выходу, начал мужчина, — Он слаб, но ни разу отключился, правда, сейчас он спит, поскольку мы, видимо, утомили его, поэтому мы уходим… и Виер тоже отправится домой, поскольку угроза миновала и…

Я удивлённо вскинула брови.

 — Подожди, а кто останется с Лорином? — не поняла я, чуть хмурясь, — Вы же не собираетесь оставлять его без присмотра?

Морик тут же открыл рот, потом закрыл его и улыбнулся.

 — Думаю, тебя будет достаточно, лучшего нам и не найти, — усмехнулся ликан.

Ага, конечно. Пятки мне поцелуй, а потом говорить будем на такие темы! Я второй или уже третий раз на одни и те же грабли вставать не буду! Хватит!

 — Я к нему больше не подойду, — тихо, но уверенно заявила я.

Усач впал в шок. Лёгкий такой, неопасный.

 — Но… ему нужна твоя помощь! – о, да кто-то занервничал, надо же, — Откуда мы знаем поправится он или нет?! Но я знаю только то, что ты ему помогла остаться с нами! В твоих силах совсем вернуть его к нам! Ты чего?

Я чего? Я умнею, Морик, быстро и необратимо.

 — Когда он очнулся, то знаешь, что случилось? — тихо спросила я, надеясь, что Лорин спит и ничего не услышит, — Он отчитал меня за то, что я ему помогла. За то, что зашила дырки в его теле, за то, что день и ночь торчала у его постели, за всё. Что я ему сделала не знаю, почему он меня так ненавидит тоже, но теперь я его слушаюсь, Морик. Он мне запретил к нему даже прикасаться, не то, чтобы подходить, поскольку, по его мнению, я возомнила себя невесть кем.

Морик слушал меня так, будто я жаловалась на его сына. Серьёзный, но в глазах понимание и лёгкое раскаяние. А что? Да мне надоело это уже! Он жив! Это здорово! Но теперь эта задница в сознании и помогать инкогнито не выйдет! Мне моя шкура… ближе.

 — Богдана, ты просто должна понять, что мы — не люди, мы похожи на них, но мы не они, — мужчина сделал несколько шагов к моей кровати, — Заработать наше доверие крайне, просто невероятно сложно. Ты-человек, ты… как бы тебе сказать…ну, не наша. Ты — не ликан, ты другая. А он альфа, не простой дворовый волчонок, он всегда на страже, днём, ночью, во сне и наяву. Не обижайся, поскольку по-другому я тебе объяснить не могу.

Я это и так знала, но услышать это от живого существа, а не от жучков в моей голове — было волнительно и несомненно важно. Я слушала, поскольку на такие щепетильные темы я ещё не говорила. Нет, было пару раз в бане с девушками, но то скорее похабное и интимное, нежели здесь.

 — А ты пойми меня, Морик, — взглянула я серьёзными глазами на ликана, — Вы уйдёте, а я останусь тут с ним. Одна. Пока он мне ничего не сделал, но… времена меняются. Он мне уже угрожал и дразнить его снова я не хочу…

 — Без твоей помощи ему не обойтись, — не дожидаясь того, как я закончу, начал мужчина проникновенно, — Я всё думал, зачем Природа послала тебя нам, но вот теперь я понимаю. Ты его спасение, ты уже не дала ему умереть, так не дай снова бросить нас.

Вот честно, я верила ему и хотела помочь, поскольку меня просили и это был не Лорин. Сам факт хорошего ко мне отношения здорово меня приободрял, но не так сильно, чтобы совсем вскружить мне голову.

 — Я не говорю, что я не хочу поставить вашего альфу на ноги, нет, — я потёрла шею руками, — Я это сделаю, положу все свои силы на его лечение, буду день и ночь дежурить у его кровати, но только при условии, что меня об этом попросит Лорин. Точнее прикажет. Только так.

Морик покачал головой. По его лицу я поняла, что это будет ну очень сложно. Я делаю всё правильно. Он хотел, чтобы я соблюдала правила, пожалуйста, получите — распишитесь.

 — Ты словно попросила Луну с неба, — попытался усмехнуться мужчина, но вышло неловко, — Но я попробую.

Ликан развернулся и с хмурым лицом отправился к выходу. Открыл дверь и замер. Я ожидала ещё какого-нибудь вопроса или утверждения, но Морик не стал говорить, просто отмер и ушёл вниз. Боги, неужели я наконец-то поставила хоть кого-то на место? Не верится, надо поспать, а то ещё зазнаюсь.