Он мне лгал. Всё это время. Говорил, что не отпустит, что меня саму не выпустят… Хромое доверие, которое пыталось подняться, рухнуло обратно. Мне так больно, наверное, никогда не было. Нет, конечно, предавал Лорин меня множество раз, но после всех его извинений, после всех жертв, я смирилась, а он всего лишь… игрался. Знал, что я могу, и трясся из-за этого. Что его собственность может удрать. С кем же я жила всё это время? За что он так со мной? Ни капли доверия, он бы мне сказал, если бы верил. «Я ничего не могу тебе больше предложить» — перекривляла я его слова у себя в голове. Отдельный дом! Какой подонок! Он даже готов был меня на казнь отдать, лишь бы я правду эту не узнала. Ведь тогда бы я стала… стала бы равной. А он не мог этого допустить. Это понимание принять оказалось куда тяжелее. Я могу уйти. Не моя больная фантазия это сказала, мне не послышалось, это было по-настоящему. То есть… я могу? Могу.

 — Богдана, ты должна понять, что ему ты ничем не обязана, он тобой играется. — Сальма шмыгнула носом и протёрла глаза. — Это худший из мужчин, самый грязный и гнусный образец. Ты хотя бы осознаёшь, что я могла тебя убить? Если бы я решила, то тебя бы просто не стало. Он бы не пожертвовал ради тебя ни чем, так далеко он не зайдёт.

Он говорил, что не допустил бы этого, но с каждой минутой моя вера в его слова тает, как весенний снег. Стало так обидно. Я — жалкий человек в его глазах, с которым просто забавно проводить время. Сальма права.

 — Он говорит, что не отпустит меня. — Мой взгляд упал на сумку, стоящую рядом со стулом Сальмы. — Я множество раз просила его отпустить меня… Я всё равно не смогу уехать.

Как? Собраться и смыться? Так он меня через час в лесу нагонит. И что случится? За ногу и домой. Хоть всю жизнь бегай, всё равно от него не скроюсь… Он словно клещ, который залез мне под кожу. Никак.

 — Это я возьму на себя. — Сальма проморгалась и искренне посмотрела на меня. — Кстати, Бюрт тоже за то, чтобы ты уехала. Он готов тебя прикрыть, дать тебе пару дней, чтобы скрыться.

Бюрт. По привычке просыпается отторжение. Гад изворотливый, но… Он за меня?

 — Почему? Мне казалось, что у нас с ним крайне недружелюбные отношения, — засомневалась я.

 — Он до сих пор помнит вашу первую с ним встречу, — заговорила со вздохом брюнетка. — Не зная его, ты бросилась на помощь, что редко не только для людей, но и для ликанов. Ты ему пыталась помочь, он знает, что ты была искренна с ним. А то, что случилось дальше…, это были лишь разборки между ним и Лорином. Ты не причём.

А, да. И, знаете, Сальме я верила. Её слова были пугающими и шокирующими, но я чувствовала правду. Она меня ещё ни разу не обманула. Хотя к Бюрту у меня ещё долго будут негативные чувства теплиться, тут ничего не поделаешь.

 — Сальма, ты ведь меня не обманываешь? — осмелилась я затронуть зудящую тему. — Я могу тебе верить?

Та усмехнулась.

 — Да-да, старое ликанское правило «никому не верь», — женщина кивнула. — Мне ты можешь не верить, но у меня нет мотива тебе лгать. Но ты всё же права, проверить эту информацию ты сможешь, но у тебя будет только один шанс. Просто скажи Каре, а лучше всего другому старейшине о том, что ты собираешься покинуть стаю и уехать из города. Они не посмеют тебе препятствовать, но эта новость разлетится быстро и вскоре эти сведения дойдут до Лорина. Старейшины не имеют права противиться твоей воле, а он может. Он Верховный, по всем законам ты находишься в его подчинении и, скорее всего, тебе придётся давать пояснение своим действиям. Как ты думаешь, Богдана, выпустит ли он тебя из города? Он поймёт, что ты в курсе своих прав и забавляться с тобой ему надоест в тот же миг. Ты понимаешь, к чему я веду?

Я понимала. Он может… может сделать мне больно. «Посажу на цепь», «Ногу сломаю» — начала я припоминать все его угрозы. Он ведь сделает это. Вон как за руку в дом Виера заволок. Плевать он хотел на мои травмы, а что с ним произойдёт, когда я по-настоящему соберусь «на выход»? Как же так…? Теперь я могу уйти, но всё равно не уйду потому, что жить хочется слишком сильно.

 — Чего ты от меня хочешь, Сальма? — негромко вздохнула я, осознавая плоскость наших зародившихся деловых отношений.

Та прищурилась и снова утёрла слёзы с глаз. Да, вонь тут страшная. А чего они окна не откроют? Может, так и задумывалось?

 — В вашем доме есть тайник, — заговорила Сальма негромко, — Ты его найти не сможешь, его можно отыскать только по запаху. Нам нужно, чтобы ты опоила Лорина.

Растерялась. Тайник в нашем доме? И что сделать?

 — Опоить? В каком смысле? — не поняла я.

Сальма потянулась к своей сумке и выудила оттуда какой-то стеклянный пузырёк.

 — Ты должна будешь добавить этот порошок в еду, желательно в горячую.

 — Это яд? — не ожидала, что мой голос дрогнет.

Она врёт мне. Наверное, они хотят его… моими руками. Сердце словно животное заходило из стороны в сторону. Страшно и невыносимо. Лорина?

 — Нет, это снотворное, — Сальма даже головой замотала. — Он — Верховный альфа, если он и умрёт, то только с честью, а не от какого-то яда, который, кстати, вреда ему особого не причинит.

Сглотнула, глядя на этот пузырёк. Точно, яды же на ликанов почти не действуют, только волчий корень. Фух… спина стала какой-то мокрой.