Две сестры обменялись взглядами.

— Сколько раз вы дрались? — спросила Суин.

— Я уже счет потерял, — пожал плечами Зуко. — Мы преследовали её и её друзей от Южного полюса и до самого севера. Это заняло несколько месяцев. Мы часто сражались.

Ещё один обмен взглядами. Джия покачала головой, встала, приняла стойку и быстро опустила стену между ними и взрослыми.

— Мам!

— Джия? — удивленная Мейшанг вышла в проход.

— Помнишь ту лекцию, которую ты читала нам о том, каких мальчиков тащить домой? — Джия ткнула большим пальцем себе за плечо. — Он именно тот парень, о котором ты нас предупреждала.

— Но я же ничего не сделал! — возмутился Зуко, стараясь не смотреть на стоящую за спиной Мейшанг Катару. Она и без того ненавидела его, так что разницы не было… Но сейчас он ведь действительно ни в чем не был виноват!

— Ну разумеется, нет, — Мейшанг улыбнулась горько-сладкой улыбкой. — Милый, смертоносный и сломанный. Да твоему дяде придется отгонять их от тебя палкой!

Он вообще ничего не понимал, хотя дядя выглядел веселым, что всегда было плохим знаком. А у Тингжэ был слегка испуганный вид, что было ещё хуже.

«Здесь я помощи не дождусь», - рассудил Зуко и посмотрел на Широнга.

— Что за ерунду они несут?

— Ты не знаешь? — Широнг впился глазами в Айро. — В море с тринадцати лет?

— И я почти не выпускал его в портах, — признался дядя.

— То есть, полный невежда, — заключил Широнг.

— Боюсь, он именно такой.

— Он стоит прямо здесь, дядя, — настойчиво сказал Зуко. — И он очень хотел бы получить объяснение.

— Ну конечно, племянник, — Айро вложил руки в рукава с подозрительной безмятежностью. — Дай-ка подумать, у меня точно должна найтись подходящая пословица…

— Забудь, — поморщился Зуко. — И знать не хочу.

Кашель Широнга прозвучал подозрительно похоже на «невежда».

— Мерзкий кашель, — насмешливо заметил Зуко и махнул рукой в сторону приткнутой в нише лампы. Вспышка золотого света оживила зеленое свечение, исходящее от кристаллов. — Идите сюда, чтобы я мог вас осмотреть.

— Я уже… — Катара посмотрела на него, посмотрела на больше не улыбающегося Айро и закрыла рот. — …Да ты все равно не знаешь, что делаешь.

«Не обращай внимания на водную идиотку», — твердо велел себе Зуко, формируя небольшое пламя. Он встал так, чтобы Катара не видела его глаз. Если повезет, зеленый свет пещеры не даст ей заметить, что с его или дядиными глазами что-то не так. Он сражался с ней достаточно, чтобы знать, что она была упрямой, как свинекорова, но не глупой. Если она заметит зеленый цвет вместо золотого, то начнет задавать вопросы. Пока она не знала, что он и Ли — один человек, и он хотел держать её в неведении как можно дольше. Никогда не знаешь, когда может пригодиться козырь в рукаве.

«Но это не настоящая причина, — признался себе Зуко. — Я просто… хочу иметь что-то, на что она не плюнула; что-то, что принадлежит только мне; что-то, что я сделал правильно».

— Всё хорошо, — еле слышно пробормотал он, пока Широнг внутренне подобрался. — Я уже делал такое раньше. Вы просто немного… не в форме. — Покоритель огня криво улыбнулся. — Простая проверка. Это не тот случай, когда я пытался подлатать вас до того, как вы истечете кровью. Больно не будет.

— Слова-слова, — Широнг откинулся на удобный камень, задумчиво разглядывая золотые, зеленые и фиолетовые вспышки. — Я уже видел такие цвета… О! — Он рассмеялся, очевидно, удивив самого себя. — О, вот чем это навеяно. Никто и никогда бы… — Он посмотрел на Айро. — Ваша идея?

— Моего племянника, — улыбнулся в ответ Айро. — Идея пришлась как нельзя кстати.

Зуко упрямо игнорировал их болтовню так же, как он игнорировал синие глаза, сверлящие его спину. Только огонь имел значение, огонь и раненая чи, которую он исцелял.

«Действуй медленно, — зазвучал в его памяти голос Амаи. — Быстрое лечение хорошо, оно необходимо на поле боя или при несчастных случаях, которые могут убить за несколько ударов сердца. Но как только худшее залечено… не торопись. Действуй медленно, жди и слушай. Не заставляй рану зарастать, пусть тело и дух твоего пациента подскажут тебе, что им надо».

Зуко поднес исцеляющий огонь к покрытой шрамами коже и стал ждать, закрыв глаза. Он чувствовал огонь в своих руках и сопротивление исцеляемой раны, похожее на тусклые медные узлы. А там…

«Вот оно, вот то, о чем говорил Широнг».

Приходилось быть осторожным, поднося легкие, как дыхание, кончики пламени, а иначе всё сливалось в единый энергетический поток. Но когда он сохранял неподвижность и ждал… Тонкие нити чи поднимались от кожи Широнга, тонкие, как паутинка в росистое утро. Они становились толще, более развитыми ближе к рукам и ногам. Нити уходили в землю и камень, укореняя агента Дай Ли как молодое деревце, они тянули силу от земли, но были достаточно хрупкими, чтобы неосторожная рука могла вырвать их с корнем. А они были вырваны. Большие участки этой паутины колебались в дрожании пламени, оборванные и сломанные, покрытые шрамами от когтей духа.

«Покорителям нужен их элемент». Зуко с трудом сглотнул, вспомнив, насколько сильнее он чувствовал себя рядом с открытым огнем. И о морских баржах для пленных покорителей земли, и о высушенных клетках из рассказа дяди о пленных покорителях воды. «Меня сейчас стошнит».

Нет, он не допустит, чтобы его стошнило на глазах у Катары. Он не подарит маленькой идиотке такое удовольствие.

«Просто дыши, — твердо велел себе Зуко. — По шагу за раз. Ты не можешь изменить то, что было. Но это ты можешь исправить. Здесь. Сейчас. Ты можешь дать Широнгу шанс».