— Ой, да бросьте! Даже не будь она его сестрой — а она ей является — это же не имеет смысла. Зачем Хозяину Огня позволять кому-то убивать своего ненаглядного сына?

— Потому что если Азула сделает это, то докажет, что она — именно тот наследник, которого желает Хозяин Огня Озай, — отчеканил Айро железным голосом. — Умная, сильная и безжалостная, и преданная исключительно ему. Мой брат презирает Зуко за его доброту, за его желание видеть Народ Огня исцеленным и живущим в мире, вместо бесконечной войны. Но его власть над нашим народом не абсолютна, как бы он ни желал убедить в этом остальной мир. Если бы он напрямую выступил против Зуко после того, как не смог убить его на дуэли, все Великие Имена стали бы бояться за своих наследников, и власть Озая пошатнулась бы. Но если он позволит Зуко жить… Мудрецы Огня не дураки. Они не назовут Азулу следующим Хозяином Огня, что бы ни приказал Озай, не в том случае, если у них будет другой выбор. Но если Зуко погибнет в противостоянии с Аватаром, как и многие из Народа Огня до него… — Он покачал головой. — Кто станет выяснять, откуда на самом деле пришел удар? Аватар, в конце концов, тоже покоритель огня.

— И он поступит так с Аангом? — Катара с трудом сглотнула, глядя на него круглыми глазами. — Мне плевать, что там говорила Тоф. Вы все монстры!

Тингжэ подобрался.

— Послушайте меня, юная леди!..

Айро предостерегающе поднял руку.

— Профессор, мы столкнулись с недопониманием разных культур.

— Недопонимание? — Тингжэ не верил собственным ушам. — Она только что назвала весь ваш народ монстрами! И хотя я согласен с этим определением касательно некоторых из вашей армии…

— По стандартам Племен Воды, — заявил Айро, — мы именно такие.

Тингжэ задумчиво смотрел на него. Широнг удивленно моргнул и откинулся на скамье, приготовившись слушать дальше. Мейшанг побледнела.

— Амая никогда не называла…

— С Амаей что-то не так, — резко сказала Катара. — Тренировать ученика из Народа Огня? О чем она думала? Кто знает, чего ради он на самом деле помог Тоф. Уж точно не ради Аппы…

— Ни. Слова. Более, — лишь легкое прикосновение ярости пламени, легчайший намек на дым, но ещё немного, и… Ну, Айро знал, что он пожалеет об этом. Потом.

— Амая научилась тому, что должен знать каждый Аватар; тому, чего Аанг не знает. Чего не знаешь ты. Четыре народа разные, не только по покорению, но и по культуре. И важнее всего то, что они отличаются в своих определениях добра, зла и ответственности.

— Добро и зло неизменны! — бросила ему Катара. — Кем бы ты ни был!

— А, но различие в том, кто определяет вину, — возразил Айро. — Именно поэтому ты назвала нас монстрами.

— Потому что вы такие и есть!

— Нет, — твердо сказал Айро. — Только некоторые из нас. Джао — да, мой брат… Азула. Но Зуко? Нет. Мой племянник не монстр и никогда им не был. Но для вас, Племени Воды, это неважно. В племени община несет вину или славу за действия индивида. Когда вождь Хакода топит корабль Народа Огня, вы все одерживаете победу; когда один из ваших воинов проигрывает солдату-покорителю огня, вам всем стыдно. Племя — ваш источник добра и зла; добро — всё, что идёт во благо племени, зло — то, что вредит ему. Поэтому вред, причиненный тем, кто находится вне племени, для вас не имеет значения. Вот почему Северное Племя Воды видело удар Океана и праздновало великую победу… и никогда не чувствовало сострадания к тем, кто пал.

— О, — тихо пробормотал Широнг. — Духи, неудивительно, что он переживал, что это может произойти снова. Если бы хайма-дзяо… «О, чёрт». — Он посмотрел на Катару со страхом и настороженностью, словно высчитывая, насколько ему отойти от неё, прежде чем начать копать туннель сквозь стену.

— Как вы можете так говорить? — ахнула Катара. — Я не злая! Не такая, как Народ Огня.

— И это говорит юная леди, которую мы преследовали по миру и видели, как она лгала, обманывала и обкрадывала тех, с кем встречалась, — сухо заметил Айро.

— Пираты сами украли тот свиток покорения воды, и вы знаете об этом! — Катара уперла руки в бока. — Свиток был нужен Аангу.

— Моему племяннику нужна его честь, — возразил Айро, искоса поглядывая на неё. — Но ты не считаешь, что это его оправдывает. — Он вздохнул. — И ты не можешь так считать. Ты рассматриваешь Аанга как часть своего племени, даже несмотря на то, что он покоритель воздуха… А мой племянник не из твоего племени, а потому — враг.

— Вы говорите так, будто думаете, что он не сделал ничего плохого, — вспыхнула Катара.

— Нет! — Айро резко махнул рукой, оставив только легкое тепловое марево. — Я никогда так не говорил! Но ты хочешь призвать моего племянника к ответу за грехи Озая! И Азулона! И Созина! Ты винишь его за массовую гибель твоего народа и уничтожение Воздушных Кочевников! А этого он не делал!

Катара уставилась на него, по-прежнему сердитая… но и растерянная, если судить по выражению её синих глаз.

— Но он же сын Хозяина Огня.

— А я брат Хозяина Огня, — ровным голосом сказал Айро. — А в Народе Огня — да и в Царстве Земли — ни один молодой человек не должен отвечать за поступки своего отца. — Он развел руки в стороны. — Я знаю, что тебе это чуждо, но окажи нам милость, потому как Зуко действительно желал тебе добра, даже если он ничего не объяснил. Окажи нам честь и постарайся понять.

— Вы думаете, я не понимаю? — из её глаз брызнули злые слезы. — Вы знаете, что война сделала со мной? Лично со мной? Народ Огня забрал мою маму!

Тяжелая утрата для любого ребенка, знал Айро. Но она была учителем Аватара, она должна была смотреть дальше собственных нужд, или мир был обречен.

— Как и мой племянник потерял свою маму из-за интриг Озая, — ответил Айро. — Как я потерял сына при осаде Ба Синг Се. Ты не одинока в своей скорби. Столетняя война ранила всех нас.

— И вы считаете, что единственный, кто виноват — это Хозяин Огня? — Катара помотала головой, хотя по её щекам всё ещё текли слезы. — Как вы можете так жить? Как можно остановить убийцу, когда он знает, что его семья не пострадает за его преступления? — Она бросила на него полный яда взгляд. — Ой, правильно, вы же не можете!