– Мы направляемся на север, - напомнил Шидан. – Будет трудно думать о расстроенных духах, когда целый океан хочет, чтобы люди склонили колени и умерли.

– Точно. – Широнг попытался отогнать призрак подбирающейся головной боли. – Это безумие.

– О, вы ещё про безумие не слышали. – Саолуань следила за драконом, собранная и настороже. – Подумайте об этом. Макото всё ещё в этом мире. Она живет уже тысячу лет. И никто не ждет, что она избавит нас от головной боли, состарившись и умерев. Значит, драконы живут ещё дольше.

Шидан посмотрел на застывшего Широнга и напряженную позу воительницы.

– И?

– Значит, кто-то знал, где Асагитацу, тысячу лет назад, - напряженно бросила Саолуань. – Как вы потеряли целую гору?

«…О».

Шидан склонил голову.

– Об этом нелегко говорить. Зуко знает, хотя я напомнил ему о некоторых деталях… Короче, её потеряли из-за вмешательства. Макото и Ван Ши Тонга.

Широнг обменялся с воительницей взглядом.

– Объясните.

– Слова ограничивают, - вздохнул дракон. – И в то же время они дают вашим людям безопасность, которой никогда не было у моего народа. За исключением Кингами, в самом начале. Истории утверждают, что он нашел способ записывать разум-сказки, давным давно… Слова, агент Широнг. Кисточки и чернила. Хрупкие проводники, чтобы нести в будущее правду и память. Но всё же шанс и надежда могут пощадить их, и их найдут снова, даже когда все из клана, записавшего их, мертвы и обратились в пепел.

«Бессмыслица…»

И, внезапно, с ужасом, до него дошло.

– Разум-сказки… им нужен разум, чтобы нести их, - понял Широнг. – Ома и Шу, она этого не сделала.

– Сделала. – Шидан не дрогнул. – Для Ван Ши Тонга она была наследницей Асагитацу и имела право на все знания о ней. Она добровольно отдала их ему, если он украдет то же самое у всех остальных. Это касается человеческого знания. Что до драконов… с помощью Похитителя Лиц она обрела силу призывать водных духов, таких как хайма-дзяо. Они слабее, чем вооруженный дракон, ниже нас… но рой таких против одного? Вода против огня? Одного за другим, она заманивала нас на смерть. Даже дети Агни не могут вернуться после утопления, чтобы предупредить об опасности. Не тогда, когда другая сила связывает их душу… и никто из клана не выжил, чтобы зажечь призывной костер. – Светло-золотые глаза метнулись в сторону. – Её клан не пережил гибели Янгчен. Так что не было никого, чтобы предупредить нас, что она такое. Никто не предупредил, что она не была скорбящей последней выжившей, оставшейся в живых только потому, что случайный буран задержал её вдали от дома. Нам понадобились столетия, чтобы заподозрить…

Дай Ли глубоко вдохнул, рефлекторно призывая волю, чтобы противостоять этому холодному, ранящему отчаянию. Дракон мог быть из плоти и крови, но его сила ощущалась как дух.

– Вы, - выпалила Саолуань. – Это были вы, так? Вы это поняли. Это личное.

– Вы даже не представляете, - выдохнул Шидан. – Отец Огня… я был всего лишь детенышем. Всего несколько десятилетий после того, как выбрался из скорлупы. И в нашем клане было так много вылупившихся. – Он отвел глаза, глядя в свой кошмар. – Она забыла пересчитать нас всех.

Широнг почувствовал, как тяжело застучало сердце, и вспомнил, что надо дышать.

– Вы пошли за ней.

– Я был ребенком. И драконом. Мы можем быть очень-очень глупыми, - сухо ответил Шидан.

Агент подумал об этом, и о Зуко, и о той ночи на берегу озера Лаогай. И содрогнулся. «Без комментариев».

– Но мне повезло, - продолжил дракон. – Хотя тогда я так не считал. Меня нашли ямабуси.

– Кто? – спросил озадаченный Широнг. «Но Саолуань не удивилась?» - задался он вопросом, увидев, как она нахмурилась.
– «Так».

– Горные мудрецы, - пояснил дракон. – Ветер донес до них шепот, что великое зло прошло по нашим склонам. Широтора и каждое существо, которому Бьякко давало укрытие, было в опасности. Мудрецы прислушались. – Он горько-сладко улыбнулся. – Мастер Иккью пришел для проведения ритуальных угроз на несколько дней раньше положенного - он любил быть непредсказуемым. Его мудрецы и ученики должны были продемонстрировать свою силу всему нашему клану. Их было более чем достаточно, чтобы поймать меня и спасти нескольких оставшихся нововылупившихся и уцелевшие яйца. И они сидели на мне, пока лорд Бьякко не смог успокоить меня настолько, чтобы узнать всю историю.

Широнг почти что мог видеть того капающего водой убийцу. Вздрогнув, он отогнал свои воспоминания о смертоносной воде.

– Ритуальные угрозы? – спросила удивленная Саолуань.

– Чтобы установить границы. – Дракон встряхнулся, явно стараясь отогнать темные воспоминания. – Вы, как и сосед, подходите к границе, а потом будет много хождения взад-вперед, шипения и демонстрации зубов. – Он почесал затылок. – И кто-нибудь просчитывается на волосок и получает шишку. Но все вооружены – ямабуси никогда не оскорбят нас, придя без оружия – так что никто не бывает ранен.

– Прийти без оружия – это оскорбление? – осторожно спросил Широнг. У него было чувство правильности, как бы безумно это ни звучало.

– Ты такой жалкий враг, что мне даже не надо когтей, чтобы разделаться с тобой, - хмыкнул Шидан.

– А.

– Ямабуси спасли то, что осталось от моего клана, - тихо сказал Шидан. – Мы с Кузоном старались спасти их родичей от Созина… - Он остановился и покачал головой. – Широтора уберегла бы нас от Макото, если бы мы только знали. Может, Белый Тигр и не сравнится по силе с Похитителем Лиц, но Бьякко принадлежит ему. Но мы увидели честное лицо и почувствовали честные мысли… и пригласили её.