Взгляд, брошенный на него Тао, был полон яда.

– Как я сказал Аватару, - проскрежетал он, - после вторжения моя мама решила, что Таку был слишком несчастливым местом для родов.

И это всё?

– Моя мама решила бы так же, - заявил Хакода, пытаясь докопаться до сути. – Зачем жить там, где враг может тебя найти?

– Ваша мама, - фыркнул Тао. – У вашего отца совсем нет гордости?

– Они бы спорили до тех пор, пока не пришли бы к решению, - ответил Хакода. – Я не понимаю…

Бато покашлял.

– Царство Земли. Отец возглавляет семью.

А, точно. И разве мало он попадал из-за этого в неприятности, когда пытался заключать договоры для племени? Он забывал об этом в присутствии Тоф – слепая девочка была столь неослабевающе самостоятельна, что он иногда задавался вопросом, не потеряла ли Канна кузину на Восточном континенте, когда путешествовала на юг. Как Тоф ладила с собственным отцом?

– Значит, они убили вашего отца. Почему бы так и не сказать?

Он никогда не видел, чтобы кто-то так бледнел от ярости и позора.

– Нет, полагаю, они бы его поздравили, - прошипел Тао. – Если бы им пришла в голову такая мысль.

«…О».

Хакода, не дрогнув, продолжал стоять на своем. А он-то думал, что его дочь ненавидит Народ Огня. Цвет кожи на запястьях Тао, где рукава укрывали её от солнечного загара; намек на чужака в его глазах, отличающийся от обычного «не Племя Воды». Мелкие детали, которые он пропустил, скрытые временем и манерами, всеми силами кричащими о Царстве Земли.

– Аанг не знал.

– Этот безголовый…

– Стоп. – Хакода уставился на него. – Давайте я расскажу вам об одной из самых страшных вещей, которые моя дочь сделала в своей жизни. По крайней мере, страшной для меня – она сама так не считала. Вы знаете, что Катара вдохновила целую тюремную баржу покорителей земли на восстание?

– Благородное деяние, но…

– Она это сделала, - прервал его Хакода, - притворившись покорительницей земли и позволив поймать себя.

Тао уставился на него, позабыв о своем гневе.

– Эта юная девочка? Как… но… где был её брат? Где был Аватар?

– Они помогали, - недобрым голосом ответил Хакода. – Понимаете, они собирались освободить её в тот же вечер. Ей не грозила. Никакая. Опасность.

Бато поморщился.

– Народ Огня не любит сражаться на льду, - продолжил Хакода. – Они остаются для набега, чтобы убить или захватить покорителей воды и растопить часть поселения. Это всё. Они не изнасиловали ни одной женщины из Племени Воды при моей жизни. – Он покачал головой. – Сокка и Катара не помышляли, что может быть опасно. С чего бы? Их преследовал принц Зуко. Очевидно, худшее, что он сделал Катаре, это привязал её к дереву в качестве наживки для Аватара. Он был врагом. Но он никогда не был монстром.

Тао молчал и качал головой.

– Они не подумали об этом, - медленно произнес Хакода. – И я не уверен, что Аанг вообще знает о существовании изнасилования. – Он вздохнул. – Очевидно, молодые монахи не посещают монахинь на весенних фестивалях, пока им не исполнится восемнадцать.

– Пока им… - Тао закрыл лицо руками. – Смилуйся, Гуань Инь. Что я наделал?

– Я бы хотел, чтобы она смилостивилась над всеми нами, - практично заметил Хакода. – Он не из нашего племени, он не из нашего времени… Мне кажется, я бы лучше понял звезду, упавшую с неба, – он вздохнул ещё раз. – Если кто и может достучаться до него, то только эти трое. Я надеюсь, что вы научили его достаточно, чтобы справиться с мерзкими духами, с которыми мы столкнемся, когда вторгнемся в столицу Огня.

Подняв голову, Тао моргнул.

– Когда мы что?

Хакода широко улыбнулся.

***

«Натянуть. Прицелиться. Отпустить».

Сталь воткнулась в цель ещё дальше от центра, чем она предполагала. Последние предзакатные лучи исчезали за стеной из песчаника, которой её Дай Ли огородили участок берега. Азула чувствовала, как её огонь притухает вместе с солнцем.

«По крайней мере, сегодня ночью нас будет питать лунный свет». Азула опустила лук, изучая мишени и не смотря на небо. Царство Земли знало, что покорители огня слабее ночью. Если они не знали, что покорение огня ещё сильнее ослабевает в определенные ночи, она не собиралась подсказывать им.

Не идеально. Даже отдаленно не идеально. А это раздражало. Более чем раздражало – дочь Хозяина Огня Озая должна была быть идеальной, и если при дворе увидят это!..

Но испепеление мишеней будет пустой тратой ресурсов. И…

Как странно. Ей не хотелось испепелять мишени.

«Эта всё вина той водной ведьмы».

Что бы ни наделала вода, это стояло как поручень между ней и вечно голодной дырой в её душе. Она чувствовала отчаяние. Она чувствовала горький вкус пепла поражения, как если бы она разочаровала своего отца…