Однако, уже подлетая к месту встречи, он стал задумываться. Этот урок…. В свое время Люк перечитал уйму материала про генерала Скайуокера. О том, какой он смелый, о том какой он бесшабашный, о том какой он талантливый военачальник и какой он замечательный фехтовальщик. Голонет буквально кишел сведениями о его подвигах во времена войн клонов. И такой человек сейчас будет смотреть на его жалкие потуги фехтовать? Все настроение Люка как рукой сняло. Он даже приостановился, направляясь от флаера к месту встречи. Зачем он только напросился? «Я опозорюсь. Отец разочаруется во мне, и ничего больше. Надо как-нибудь замять это. Потом,- решил он, - когда мы получше узнаем друг друга, можно будет и позаниматься». И тут же пришел вопрос: «А будет ли это потом?». Настроение упало до нуля.

Приблизившись к развалинам он увидел, что Энакин сидит на большом камне в тени скал. Огромные валуны, нависая, образовывали что-то вроде крыши, под которой скрывалась прохлада даже в самое жаркое время дня. А сейчас, утром, здесь было даже холодно.

– Привет! – Люк смущенно пожал плечами. – Я хотел сказать, что… думаю нам лучше потренироваться как - нибудь потом…. Лучше посидим где-нибудь, как ты думаешь?

Отец неопределенно кивнул, и у Люка отлегло от сердца. Похоже, получилось.

Дай-ка посмотреть твой меч, - Энакин протянул руку.

Люк отстегнул оружие от пояса и протянул отцу, вырвавшись, металлический цилиндрик сам скользнул к тому в руку.

Впервые за много лет, я взял свой меч, который выронил на Мустафаре. До сих пор не могу понять, зачем Оби-Ван его подобрал. На память? Как почетный трофей? Почувствовав, что в груди снова растет волна раздражения, я поспешил перевести мысли на сына.

Мальчик стоял и наблюдал, как я рассматриваю свое старое оружие. То, что он волнуется, было видно без помощи Силы.

– Что ж, - я протянул меч обратно. – Пока сойдет и этот, а потом ты сделаешь свой. Я тебя научу. Начнем. Стань в стойку. Оби-Ван показывал тебе?

Сын растерянно уставился на меня. Что, думал так просто отделаться? Ну уж нет, от такого развлечения я не откажусь! Наконец он включил меч, и неохотно встал в боевую стойку.

– Хорошо, - кивнул я, сын волновался и надо было его приободрить. Немного подправил спину, но, в общем, терпимо.
– А теперь,- я включил свой меч, в последний момент позаимствованный из моей коллекции на «Исполнителе», незачем пугать людей ситским лезвием, - покажи, чему еще тебя научил Кеноби.

Ребенок замешкался. Я поднял меч и медленно повел его в сторону сына. – Ну? – хоть каким-то блокам он его научил? Досада, переходящая в гнев, все больше поднималась в моей душе. Это уже было издевательство надо мной. Моего такого талантливого сына, так обучать?! К списку претензий к джедаям добавилась еще и эта.

Однако в следующий момент сын удивил меня. Он легко, почти автоматически отбил несколько моих выпадов. Ого!

«На шариках тренировался,» - догадался я.

Мальчик парировал еще несколько выпадов, но дальше этого дело не пошло.

Для меня так и осталось загадкой, почему джедаи не захотели его обучать. Возможно, боялись, что я учую его в Силе, а возможно… им просто не нужен был обученный Скайуокер. Тогда он стал бы менее управляемым.

Я не стал ломать голову над всеми этими загадками, а встал в стойку рядом с сыном и начал показывать, как правильно стоять, как ставить блоки и простейшие комбинации.

– Так, ноги немного согнуты и напружинены, правая смотрит носком на противника... Пятки на земле. Ты должен стоять устойчиво, не теряя равновесия. Хорошо. А теперь простейшие выпады.

Сын очень старался, и от этой старательности у него получалось хуже, чем могло получиться.

С этим надо было что-то делать.

– Люк, - я встал напротив него и взял за плечи. – Посмотри на меня.

Он нехотя поднял голову.

– Я – твой отец. И не надо меня бояться или стесняться. Если ты сейчас что-нибудь не поймешь, в бою это может сыграть роковую роль. Поэтому расслабься и просто повторяй за мной движения. Не получится сразу, значит получится потом. Понял? – я старался говорить как можно спокойнее, что - бы не рождать излишнюю нервозность.

Сын кивнул. Мы снова встали в позицию. Дело пошло быстрее.

Внезапно он пропустил мой выпад. Светящийся клинок просвистел в сантиметре от его щеки. Я намеренно провел клинком так близко, что бы он почувствовал, чем грозит невнимательность, и не смог сдержать раздражения:

– О чем ты сейчас думаешь?!

Люк, очнувшийся от своих мыслей, растерянно похлопал глазами и честно сказал:

– О Лее.

Вероятно, выражение «Отвисла челюсть» наиболее точно характеризовало выражение моего лица.