Мои глаза расширились от удивления.

– Это же хорошо, да? Самый результативный игрок?

– Хорошо? Дорогая, люди говорят, что это твой поцелуй принес ему столь необходимую удачу.

Я отступила и скептически глянула на нее.

– С чего вдруг?

– Это развернуло его игру на все сто восемьдесят градусов. – Она улыбнулась и восторженно захлопала.

Кэсс положила руки мне на талию и повернула меня к экрану.

– Видишь?

Твою ж мать.

Парни, управляющие экраном, хорошенько поработали в мое отсутствие. Постоянно повторяющаяся подборка начиналась с пропуска Роумом серии подач. Потом эпизод, когда на меня навалились два пьяных идиота, вмазали локтем по лицу и свалили на пол – это выглядело хуже, чем было на самом деле. Далее показано, как Роум убегает с поля, игнорируя тренера и оставляя товарищей по команде глазеть на его удаляющуюся фигуру. Следом момент, когда он обхватил мое лицо ладонями и склонился чтобы поцеловать. Завершающий отрывок показывал три удачных тачдауна Роума, которые я пропустила, проторчав в медпункте.

Это было уже слишком. Сердцебиение участилось, а грудь сдавило словно тисками. Я терпеть не могла находиться в центре внимания, и трансляция моего изображения тысячам людей была выше моих сил. Добавить ко всему поцелуй Ромео и мое состояние можно назвать тревожно-подавленной неразберихой. Я твердо верила, что не всем следует быть в свете софитов, и причисляла себя к этим «не всем» в первую очередь.

Я медленно повернулась и посмотрела на поле, где Роум давал интервью, и – сюрприз, сюрприз – Шелли влезла в кадр вместе с ним, целуя звездного квотербека в щеку и прикидываясь его гордой девушкой.

Когда я увидела их вместе, мое сердце упало. Одно стало совершенно очевидно – я не из их лиги.

Я была такой чертовски глупой, когда пришла сюда, думая, будто между мной и таким парнем, как Роум, что-то возможно. Он был самым популярным парнем в кампусе. Его страстно желала куча агрессивно настроенных девушек, а я была книжным червем, крайне обособленным интровертом.

Ромео Принс должен быть с кем-то вроде Шелли. С кем-то, кто легко впишется в его насыщенную, гламурную жизнь.

Я повернулась к Кэсс и Элли, пытаясь скрыть свои чувства.

– Я пошла домой. Мне пора возвращаться к учебе. Встретимся позже.

И пока они не начали протестовать, быстро покинула стадион, снова и снова силясь забыть ощущение прекрасных мягких губ Ромео.

И цитируя его же: «Легче сказать, чем сделать».

– Моллз, тащи сюда свою сочную английскую задницу! Мы собираемся напиться, и нам нужен четвертый мушкетер!

– Серьезно, Кэсс, в последний раз говорю: я пас, но все равно, спасибо.

Из динамика раздался громкий треск, и мне пришлось убрать телефон от уха. Кэсс явно уже набралась своего чертова пойла.

– Молли? Молли! – Элли перехватила трубку.

– Я здесь, Элли.

– Ты точно не хочешь прийти, дорогая? Мне не нравится, что ты одна сидишь в своей комнате, а все здесь веселятся.

– Правда, Элли, все в порядке. Я просто устала.

Последовала длинная пауза, во время которой мне удалось услышать музыку «Зак Браун Бэнд» и громкую болтовню на заднем плане.

– Ладно, дорогая. Встретимся утром, но если передумаешь – звони.

– Хорошо, сладкая. Повеселитесь там!

Я нажала «отбой» и рухнула на кровать. Провела пальцем по экрану и уставилась на заставку с изображением розового лотоса в тихом пруду.

Добравшись домой, я приняла душ и надела старую линялую розовую ночнушку, после чего отклонила все приглашения на вечеринки в честь большой футбольной победы.

Кэсс, Лекси и Элли решили пойти на вечеринку в братство Роума, что через дорогу, и использовали весь свой арсенал, пытаясь уговорить меня присоединиться к ним. Но мне нужно было держаться подальше от всего связанного с Ромео Принсом, поэтому я придумала кучу отговорок, чтобы не идти.

Мне хватало ума понять, что он мне нравится, очень нравится, а стая бабочек в животе, трепещущее сердце и бесконечные эротические сны однозначно это подтверждали.

Время, которое мы провели с Ромео наедине за прошедшую неделю, возвело мои чувства на новый уровень, и я просто не знала, как с этим справиться. Поэтому мой план был таков – хотя его навряд ли бы одобрило ЦРУ – избегать близких контактов со звездным квотербеком «Тайд».

И план вступал в силу незамедлительно.

Сев на кровати, я распустила длинные волосы и, почувствовав, как кончики щекочут поясницу, принялась массировать кожу головы, уставшую от необходимости поддерживать массу моих кудрей весь день, потом удобно устроилась под лиловым одеялом с хорошей книжкой. Я взяла свой потрепанный экземпляр «Джейн Эйр» и, отправившись в мир старой Англии и мистера Рочестера, растворилась в страницах книги.