Судя по всему, замечание ему не понравилось.

Мне же оно просто не понятно. Мы ведь в Чили! За сотни, тысячи миль от США! Какая опасность может быть здесь?

И все же, ссор и непониманий в эти светлые четыре дня совершенно не хочется. А потому, взъерошив волосы Джерри, одними губами прошу его передумать.

Выждав не больше секунды, малыш все же соглашается. Второй рукой притягивает к себе папину, обвивая пальчиками и её.

Эдвард усмехается, снисходительно взглянув на сына и благодарно – на меня. Его глаза потрясающе выглядят в этот момент.

Выкрашенные бежевой краской стены двухэтажного дома – куда меньшего, чем белый особняк, но куда более приветливого и открытого – чего стоят бесконечные прозрачные окна - выглядят доверительно.

– Проходите внутрь, - пропуская нас вперед, Эдвард задерживается возле смуглого проводника, о чем-то негромко с ним разговаривая. Бумажник держит наготове.

Недлинные светлый коридор выводит от входной двери к гостиной. Иного слова для неё, как «роскошна», подобрать нельзя. Два огромных белоснежных дивана с туго набитыми подушками расположились друг напротив друга, уместив между собой махровый толстый ковер, имитирующий своим рисунком океанские волны. Впрочем, оригинал находится тут же – за невообразимых размеров окном во всю стену. Длинная полка, уставленная бесконечным множеством книг и деревянных скульптурок, скрывает лишь малую часть белого песка. Простор помещения непередаваем – вот где веет свободой.

Я продолжаю осмотр комнаты, изучая названия тех самых книг, в тот момент как Джерри дергает мою руку, привлекая внимание к тому, что расположилось за спиной.

Кухня.

Реклама идеального места для домохозяйки, не иначе.

В противовес светлой гостиной, серо-красная, с мраморным полом и деревянными шкафчиками . А так же – кухонной стойкой, возле которой устроились четыре высоких стула. Ни намеком ни напоминает тот стол, за которым мы с мальчиком познакомились. Слава богу.

– Ничего, правда? – баритон появляется из-за спины неожиданно, но совершенно не пугает. В этом месте ничто не может испугать.

Оборачиваюсь к мужчине, широко улыбаясь. Не хочу скрывать восторга. Пусть знает.

– Гораздо лучше, чем «ничего», - восторженно отзываюсь я.

Эдвард выглядит польщенным. Мне даже кажется, что бледной кожи касается румянец.

– Это ещё не все. Вперед и налево – веранда и пляж, наверху – три спальни.

Белокурое создание лихорадочно оглядывается по сторонам в поисках лестницы. Заметив её у дальней стены, возле двух плетенных кресел, просительно смотрит на папу, безмолвно спрашивая разрешение.

– Да. Только осторожнее.

Благодарности в драгоценных камушках можно позавидовать - недавний конфликт исчерпан. Счастливо улыбаясь, как настоящий маленький мальчик, малыш кидается к своей недавно обнаруженной находке, взбираясь наверх по деревянным ступеням.

– Кажется, я понимаю, почему Джаспер купил этот дом, - посмеиваюсь, заново обводя взглядом все то, что нас окружает.

– Я купил, - качает головой Каллен.

– Но ты же сказал?.. – пытаюсь сопоставить факты, но они, как назло, совершенно отказываются сходиться воедино.

– Купил для Джаспера, - поясняет мужчина, - оформлять дома на себя небезопасно…

Нет уж. Обратно к теме мафии, обратно в темноту и мерзлоту Америки?

Не хочу. В эти дни подобное нас не потревожит.

– Ну, в твоем вкусе я точно не сомневаюсь, - исправляю положение, как мне кажется, самым лучшим способом. Пытаюсь, по крайней мере, переменить разговор.

– Не превращай меня в дизайнера интерьера, - отмахивается Эдвард, ухмыляясь, - я беру готовый результат. И только.

Ответа от меня не требуется. Едва договорив, смерив настороженным взглядом, мужчина, медленно наклонившись ко мне, осторожно прикасается к губам. Целует их с такой же робостью, с какой я делала это впервые несколько недель назад. Бережно и нежно.

И где же неистовый Барон?

Безмятежно посмеиваюсь, не давая ему отстраниться и приподнимаясь на цыпочках, дабы продлить поцелуй. Не хочу, чтобы он кончался. Не хочу, чтобы кончалось все то, что вокруг нас сейчас, включая и приятные чувства, устроившиеся внутри меня.

– У нас остался один нерешенный вопрос, - мешая претворению моего плана в жизнь, Каллен все-таки отпускает меня, поднимая голову выше и не позволяя дотянуться до собственных губ. Жаждет внимания и серьезности, судя по взгляду.

– Какой ещё? – удивленно интересуюсь, недовольная таким скорым окончанием приятного действа. Здесь вправду могут быть какие-то вопросы?

– Еда.

Смешок мне сдержать не удается.

– Еда?

– Вот именно, Изабелла, - с напускной деловитостью повторяет мужчина, хотя глаза так и сверкают - не вижу ничего смешного.

– Поблизости нет магазинов? На фермах кончились продукты? – продолжаю веселую игру, откровенно наслаждаясь процессом.

– Продуктов полно – целый холодильник, - Эдвард делает шаг вперед, вынуждая меня отступить. После третьего его движения мне навстречу, упираюсь спиной в стенку, отделяющую кухню от гостиной, с интересом наблюдая за Калленом. Но в отличие от Джеймса, не боюсь его. Совсем. Скорее наоборот – хочу прижать к себе так сильно, как это возможно.