— Ты что? Совсем сдурела?!

— Круцио, — повторил Том. — Я вижу, вам понравилось.

Уже через пять минут близнецы дали требуемую клятву. Том вернул им палочки, запретив обращаться в Больничное Крыло.

— Чтобы быстро не забылось, — хмыкнул он, — потерпите. А если кто что и заметит, то подумают, что вы опять со своими поделками перемудрили.

— Какая же ты сука, Джин! — с чувством проговорил один из близнецов.

— О, — ухмыльнулся Том, — мальчики, все, что от вас требовалось, это отстать от меня и держаться подальше. И не портить мои вещи. Не гадили бы, все ваше осталось бы при вас. А так… Сами виноваты.

— Ладно, Джин, — второй близнец был готов вести переговоры, — раз такое дело, напиши деду, а? Ну, что тебе стоит? Тебе ведь все равно все купят.

— Вы нагадили не только мне, — сказал Том, — так что это не обсуждается.

— За какие-то баночки с красками и кисти ты готова пытать «Круцио»? И будешь требовать деньги? — кажется, это не помещалось в его мозгах.

— Дело в том, — сказал Том, — что это мои баночки и кисти. И говорить тут не о чем. Ладно, у меня еще полно дел. Пока. Счастливого дня!

Близнецы остались в своем тайнике, среди уже не нужных им ингредиентов и приспособлений. Том направился на обед. Интересно, остолопы заметили, что «Круцио» он накладывал их палочками? Все равно рассказать не смогут, конечно. Но и такая страховка не помешает. А он хорошо придумал. Это даже лучше внезапной смерти.

Во время обеда студентам представили нового преподавателя ЗОТИ. Пожилой отставной аврор по фамилии Дженкинс выглядел несколько пугающе из-за глубоких шрамов на лице. Том знал, что шрамы практически невозможно свести, если они нанесены заклинаниями, относящимися к темной магии. Или если маг пострадал от темной твари. Зелья и мази, способные помочь, существовали, но их нужно было готовить индивидуально, поэтому стоили они очень дорого.

— Наверное, он много сражался с темными магами, — высказала общую мысль Лаванда, — теперь и нас научит.

Том кивнул. Почтенный ветеран мог оказаться неплохим учителем. И вел он себя нормально, держался уверенно. Не пытался затмить всех, как Локхарт. И не сливался с местностью, как Люпин. Конечно, у него могли быть другие заскоки, но пока он производил приятное впечатление. Так что на первый урок ЗОТИ с новым преподавателем Том шел с любопытством.

Мистер Дженкинс не разочаровал. Он показал несколько щитов, потом разбил всех на пары и велел отрабатывать. А в конце урока попросил Тома задержаться. Тот насторожился. Люпин, что ли, наябедничал?

— Мисс Уизли, — начал безо всяких расшаркиваний профессор, — я видел ваши рисунки в книге, которую купил для внуков. И от профессора Спраут знаю, что вы делаете для нее наглядные пособия. Вы не могли бы нарисовать несколько плакатов и для меня? Например — основные стойки и движения палочкой?

Том задумался. Ого, он пользуется успехом.

— Я больше растения рисую, сэр, — сказал он, — но задачка интересная, я попробую. Только вот, у меня сейчас нет возможности…

Аврор кивнул.

— Я в курсе. Давайте договоримся так, когда у вас снова будет своя мастерская и все принадлежности для рисования, то вы набросаете что-нибудь для меня, а вместе мы решим, что делать дальше. Устроит? Разумеется, я прибавлю баллы. И к экзамену тоже.

— Хорошо, сэр! — кивнул Том. — Договорились. Мне самой интересно попробовать.

Новый учитель улыбнулся, а довольный Том отправился на следующий урок. Похоже, что с этим профессором контакт уже налажен.

Новые краски, альбомы, кисти и все остальное прибыли на следующий день. В сопроводительном письме было указано, что счет оплатил Прюэтт. Том показал письмо в гостиной. На близнецов было страшно смотреть. Рон тоже спал с лица, наверное, его впечатлила сумма. Мастерскую возродили на том же месте.

— Надеюсь, что подобных инцидентов больше не будет, — сказала профессор МакГоннагал, — мисс Уизли много делает для Хогвартса.

А по школе пошли слухи о том, что Снейп проклял чем-то страшным близнецов Уизли. Началось все с того, что у Ли Джордана появилась какая-то суперидея по поводу очередного прикола. Идеей он, естественно, поделился со своими приятелями, но те, хоть и заинтересовались, реализацией не занялись. Потом им пришлось отказаться от нескольких выгодных заказов, сделанных любителями «пошутить». Такого не было никогда за все время, что они учились в Хогвартсе. Школьная общественность содрогнулась. Том тихонько злорадствовал.

— Это точно Снейп, — сказал Рон, — он на братьев давно зуб точит. Теперь Дамблдора в Хогвартсе нет, заступиться за них некому. И этот упырь дорвался. Это точно темная магия какая-то.

— Рон, это не может быть темная магия, — не очень уверенно проговорила Грейнджер, — он же им ничего плохого не сделал.

— Много ты понимаешь! — тут же заявил Рон. — Снейп — темный маг, это все знают. Поэтому, если проклял он, то только чем-нибудь темным. И все потому, что он больше всех ненавидит Гриффиндор.