– "Агрессия ни к чему не приведет. Ни я, ни мой сын не уступим насилию, пока живы... То же самое можно сказать о нашем друге. Смерти мы не боимся, и запугать нас не удастся. Начнем переговоры, лорд Вейдер... Мы сдадимся без боя, ваш бывший пленник останется на "Экзекуторе" по собственной воле - если будут соблюдены два условия".

Едва заметный шорох пробежал по ангару. Штурмовики, стоявшие абсолютно неподвижно, исподтишка начали переглядываться. Качая головой, адмирал Оззель мог только удивляться наивности и беспримерному нахальству повстанческих отбросов.

ХХХХХХХХ

Горячая волна подкатила к горлу Темного лорда, мешая думать и дышать. Падме говорила так, будто не было жестокой резни в джедайском храме, Палпатина на троне Галактической Империи и гибели всего, за что она боролась всю свою жизнь. Ангел доброты, она по-прежнему верила в возможность мирного исхода... и голосом своего сына взывала к памяти Анакина Скайуокера.

Возможно, с помощью жены, Дарту Вейдеру удастся повернуть ситуацию к своей выгоде. Он не обманывался: сын выполнит свои угрозы, и в результате ангар превратится в космическое кладбище, а надежды Темного лорда рухнут.

Сейчас он должен уступить в малом, чтобы победить в большом сражении.

– Я готов выслушать ваши условия, - после длинной паузы пророкотал вокодер.

ХХХХХХХХ

Как Оззель и ожидал, первым делом беглецы потребовали освобождения для неизвестного с джедайским оружием. В Империи одного намека на близость к запрещенному культу было достаточно для ареста.

– Он преступник, заслуживающий немедленной казни!
– взревел Вейдер.
– Все джедаи и их последователи будут истреблены мною!

– Это обязательное условие, - повстанцы упрямо настаивали на своем.
– Он молод и не причинит вреда. Неужели могучая Империя в опасности из-за одного человека с мечом?

Темный лорд обвиняюще ткнул черной перчаткой в сторону истребителя:

– Не думай, что сможешь обмануть меня, юноша! Я знаю, кто скрывается под видом безымянного пилота. А известно ли тебе, каким образом я вышел на твой след?

– Слишком хорошо известно, - притворно вздохнул повстанец.
– Не хочется признавать, но мой товарищ - иллюстрация к поговорке "Сила есть - ума не надо".

В громкоговорителе раздался шорох и чье-то возмущенное "Эй!".

Темный лорд многозначительно сложил на груди массивные руки.

– Он будет отпущен, - кратко и холодно объявил Вейдер.
– Что еще?

ХХХХХХХХ

Люк показал брату комлинк: индикатор сигнала переливался красным цветом.

"Сообщение на "Дефайант": "Поднимаются двое и дроид-астромеханик. Арту за отличную работу полагается канистра смазочного масла", - мысленно передал Рё.

Скайуокер кивнул и провел ребром ладони поперек горла: "Закругляйся". Он еще не привык говорить в Силе.

Вортекс, помедлив, склонился над микрофоном:

– Второе условие очень простое... я был взволнован нашей встречей, милорд. И опечален, что вы ни разу не обратились ко мне по имени.

Рё увидел, как округляются глаза брата. Люк молча и выразительно постучал себя по лбу. Вихрь отрицательно качнул головой, невесело улыбаясь.

"Дай ему шанс, сынок, - прошептала Падме.
– Пожалуйста".

ХХХХХХХХ

Оззель не верил своим ушам. Дарт Вейдер не позволял говорить с собой подобным образом никому и никогда. Что здесь творилось? На что намекал наглый повстанец?

– Если под "волнением" ты подразумеваешь предательскую попытку убить меня, - угрожающе начал ситх, и вдруг остановился, замер на полуслове.

Резко опустив вдоль торса огромные руки со сжатыми кулаками, Темный лорд шагнул к тай-"агрессору":

– Ты снова лжешь! Сила никогда не ошибается.

– Я говорю правду... жаль, вы ее не слышите. Прощайте.

С зажженным мечом, Вейдер во главе передовой линии штурмовиков пошел на штурм. Когда они ворвались в кокпит, то никого не нашли.

Корабль был пуст.

Эпилог

Вортекс лежал в медицинском отсеке "Дефайанта", на попечении заботливой Дорме и двух меддроидов. Сейчас, благополучно покинув "Экзекутор" и систему Бестин, молодой Скайуокер видел, как измучен и слаб лучший разведчик Альянса. Дело было не только в физической усталости. Рё что-то глубоко потрясло, на время выбило из колеи.

Люк знал, что брат справится: он всегда был сильным и жизнерадостным, но в воздухе витало слишком много вопросов, требующих ответа.