Брат с сомнением смотрит на меня, а я похлопываю его по плечу. Джем обреченно вздыхает.

– Мне в любом случае грозит смерть. Так что пусть я умру с точным знанием того, как можно доказать равенство треугольников!

Он говорит это с таким важным видом, что я не выдерживаю и заливаюсь хохотом. Брат сопит, старательно строя из себя обиженного, но потом не выдерживает и тоже начинает хихикать.

– Ба, мальчики! – Майк широко разводит руками, подходя к нам. – Вы дома! Я был уверен, что один из вас сейчас сидит у милой барышни, - и он выразительно косится на меня, - а другой пристает к маме с геометрией.

– А вот и не угадал! – Джем улыбается так же широко, как и я. – Милая барышня решила все проблемы с геометрией!

– Да ладно? – Майк от удивления даже перестает улыбаться.

– Ага. Ну, по крайней мере, она попыталась объяснить мне решение задачи. Я что-то там даже понял.

– Это хорошо, - старший брат довольно улыбается.

– Никто не спорит, - соглашаюсь я. – Правда, у нас есть одна проблема… - все же приходится добавить мне.

– Какая? – уголки рта Майка снова ползут вниз.

– Большая. В виде мамы, - заговорческим шепотом сообщаю я ему.

– Господи, да брось ты, - отмахивается тот. – Не так уж мама и не любит твою Китнисс.

– Почему это она моя? – удивляюсь я.

– Не твоя? Значит, я могу ею заняться? – шутливо спрашивает Майк.

– Перебьешься, - серьезно отвечаю я.

– Мальчики, опять ругаетесь? – весело спрашивает у нас мама, заходящая в комнату. Мы переглядываемся. Мама давно не радовалась.

– Мам, что-то случилось? – с заботой интересуется Джем.

– С чего ты это взял? – она улыбается. Господи, а я-то был уверен, что она попросту не умеет этого делать.

– Ты просто… - я замялся, - улыбаешься.

– Надо же, какая я, оказывается, нудная и серьезная.

Мы снова переглядываемся. Кто эта женщина, и что она сделала с нашей мамой?

– О, Шон, ты вернулся! – мать радостно поворачивается. Отец ошарашено замирает в дверях. – Господи, да что с вами?

Мать упирает руки в бока и хмурится. Теперь перед нами наша мама.

– Ты, - негромко начинает отец, - улыбаешься?

– Да, черт возьми, да! – мать начинает злиться. – Просто один человек сказал, что мне следует чаще улыбаться. А теперь я иду в душ!

Мы вчетвером молча наблюдаем за тем, как мама берет свои вещи.

– Скажите мне, кто это, и я поставлю ему памятник, - негромко произносит Майк, надеясь, что мать не услышит. Она слишком далеко.

Но она все же улавливает фразу. Поэтому, перед тем, как зайти в ванную комнату, она отвечает на вопрос старшего сына:

– Можешь поставить памятник Китнисс Эвердин, дорогой.

И захлопывает за собой дверь. Меня начинает пробирать нервный смех.

– Вижу, сегодня к Китнисс состоялся коллективный поход нашей семьи. Майк, ты, случайно, к ней не заглядывал? – шутя, спрашиваю у брата.

– Знаешь, заглядывал. Спросить, как дела.

– В таком случае, вся наша семья побывала у нее, - негромко замечает Джем. Я успел рассказать ему о визите отца.

– Да ладно? – Майк поднимает брови. – И ты, пап?

– Как видишь, - пожимает плечами отец.

В дверь стучат. Майк кричит, что можно войти. Я ошарашено смотрю на Хеймитча, просунувшего голову через небольшую щель.

– Господи, как похожи-то, - удивленно замечает он. Действительно, и Майк, и я, и Джем - все три брата пошли в отца. – Пит, я к тебе. Можно с тобой поговорить?

– Да, конечно, - киваю я и выхожу в коридор.

– Пойдем, - Хеймитч быстрым шагом следует прямо по коридору. Я покорно шагаю за ним, предпочитая не задавать лишних вопросов. Наконец, мы оказываемся в каком-то помещении, и мне кажется, это склад, в который никто давно не заходил. Здесь все слишком бережливые.

Хеймитч закрывает дверь и поворачивается ко мне.

– Ну, что, парень, можешь считать, что твоя мечта сбылась! – произносит он, опускаясь на один из ящиков. Я же сажусь рядом с ним.

– Что ты имеешь в виду? – удивленно поднимаю брови я.

– Лечащий врач Китнисс вчера успешно доказал Койн, что если она хочет, чтобы ее Сойка была в состоянии держаться на ногах, то ей придется согласиться с его идеей. Ты ведь помнишь, что та ночь, во время которой ты спал возле Китнисс, прошла для нее практически без кошмаров. Так вот, врач настоял на том, чтобы вам с ней выделили отдельный отсек. Койн согласилась при условии, что вы с ней поженитесь в ближайшее время.