"Итак, корабль вышел из свёртки. При выходе кратковременно подскочил пульс у капитана и штурмана. Затем показатели пришли в норму. Что это значит? Они появились в реальном космосе, только и всего. Даже бывалый пилот, боевой ас всегда боится этого момента. Всё логично, ничего странного здесь нет.

Опасность миновала, все успокоились. Четыре минуты затишья. Команда бодрствует и ничего не боится. Затем подскакивает пульс у штурмана. Он что-то заметил? Тогда почему капитан так спокоен? Он знал о чём-то или просто не успел испугаться? Непонятно, ведь строки с его состоянием просто нет в логах! Данные не передались или не записались.

Предположим, что это намеренная диверсия. Капитан убивает штурмана, захватывает корабль. Один или с сообщниками. Бред. Система не видела на корабле посторонних, а среди спасателей не было никого, кто был бы чем-то обеспокоен. Не мог же кто-то из них быть бесчувственным убийцей или террористом! Все эти люди - профессиональные спасатели с большим стажем, их участие в захвате исключено.

Куда же делись данные? Отключить СИК не так-то просто, сломать - тоже. Бронированная капсула с жизненно-важными частями системы надёжна и неприступна для любого ручного инструмента. Разрушить её может разве что падение с высоты небоскрёба. Конечно, есть вероятность поломки ретранслятора связи, это гораздо проще. И всё же диверсия отпадает.

Нападение извне тоже не вариант хотя бы потому, что в системе Тиоры никого не могло быть. Остаётся метеорная угроза. А про это стоит спросить у тех, кто послал туда спутник разведки. Может, он плохо сработал?"

Из раздумий Майю вывел входящий вызов с неопределённого номера. Раздумывая, ответить или нет, Бекетт исподлобья смотрела немигающим взглядом на пиктограмму, занимающую половину стены напротив. Наконец, она нажала на запись, чтобы разговор с неизвестным был надёжно запротоколирован. Кто знает, с чем пожаловал аноним?

На экране появилось знакомое всем лицо. Чуть раскосые глаза, седина на висках.

– Доброе утро, госпожа Бекетт.

– Господин президент. Чему обязана такой чести?
– ответила Майя, ничуть не смутившись перед собеседником.

– Увы, но мы с вами оба знаем, что заставило нас встать сегодня так рано.

– Полагаю, потеря связи с Тиорой?

– Вы правы. И мы находимся сейчас в одинаковом положении. Что вам, что мне будут заданы одни и те же вопросы, и никто из нас не может на них ответить, не так ли?
– глаза с прищуром смотрели изучающе.
– Вы сегодня чудесно выглядите, госпожа Бекетт.

– К чему этот сарказм?
– холодно спросила Майя. Комплимент был явно неуместен.

– Просто не ожидал от человека вашего ранга такой экстравагантной причёски, - улыбнулся Хиромацу.

Майя, не говоря ни слова, сняла скрепку с волос.

– И чем же вы мне хотите помочь, господин Хиромацу?

– Я вам, а вы - мне.

– Сперва вы, - стояла на своём Майя.

– Смею заметить, вы не в том положении, чтобы диктовать условия. Давайте будем партнёрами, - покачал головой Хиромацу.

– В свою очередь смею напомнить, что вы не далее чем два дня назад весьма искусно подставили меня и весь ОГК под удар. Рейтинги поднимали, да?
– Бекетт смотрела прямо в глаза президенту, стараясь угадать, придёт он в ярость от столь прямой агрессии или стерпит, пропустив мимо ушей. В конце концов, Бекетт сейчас находилась в более выгодном положении. От неё потребуют лишь огласить данные СИК, а вот президенту придётся придумывать оправдания по поводу провала экспедиции.

– Рейтинги всегда играют свою роль, такова наша жизнь, - туманно ответил президент.
– Что ж, я действительно сыграл грязновато, и стерплю эту колкость, памятуя о своём поступке. Не принимайте на свой счёт, это просто политика.

– Из каждой ситуации есть несколько выходов. Один лучше, другой хуже. Вопрос в выборе.

– Не будем играть в философию, иначе разговор может затянуться. Просто примите мои сожаления по поводу того инцидента.

– Хорошо, сочту это за извинения. Итак, вы хотите знать, какие данные передала наша система?

– Именно. Это чрезвычайно важно, - Лестер даже подался вперёд.

– Что ж, я могу раскрыть карты, тем более что их не так много. Но только после вас. Что известно разведке?
– Майя взяла авторучку и стала крутить её между пальцами, но в следующий момент положила обратно на стол.

– Мне доложили, - Хиромацу сделал несколько манипуляций руками, после чего стереоизображение на экране стало плоским, подёрнулось помехами и изрядно потеряло в качестве, - так надёжнее. Более глубокое шифрование. Итак, по данным разведки, спустя четыре с половиной минуты после выхода в системе Тиоры корабль перестал отвечать на запросы. Мы задействовали спутник, и тот подтвердил, что судно находится в системе. Но, как бы это сказать, не целиком.

– Что значит "не целиком"?
– удивилась Бекетт.