– Хм... Про инициацию мы забыли, - признал Коннор.

Трисмегист сидел, просто-напросто потрясённый. После недолгого молчания он сказал:

– Помнится, Ривер говорил - он может проследить последствия некоторых магических действий. Надо бы с ним поговорить - как поговорить и с Бернаром, и с Колром. Ваша правда. Инициация очищает. Тогда не будет проблемы столкновения двух типов магии. Как это вам пришло в голову?

– Здесь был Гарден, - пожала плечами Селена, а потом спохватилась: старый учёный знает истории не всех детей в Тёплой Норе.

– Он опять впал в ступор?
– встревожился Мирт и даже встал со скамьи, где было устроился.
– Где он?

– Всё хорошо, его увёл Орвар.

Когда Мирт успокоился, Трисмегисту рассказали историю двух мальчишек-симбионтов, которые, объединившись сознанием, умудрились выжить даже внутри стаи одичавших оборотней, принявших обоих как своих.

Вереск слушал всех с изумлением и жадностью.

– А почему этот ваш Орвар до сих пор может успокоить Гардена?
– спросил он.
– Они же теперь разные?
– Поколебавшись, он с кривой ухмылкой добавил: - Что будет, если я возьмусь за плечо этого... мага?

Трисмегист молчал, глядя в пол. Присмотревшись к нему, сидевшему с насупленными бровями, кажется ушедшему от реальности - погрузившись в осмысление невероятной истории, Селена поняла, что от него пока ответа не дождаться, а потому, вздохнув, спросила сама:

– Вереск, Космея принесла тебе обед, ты поел?

После недолгого молчания мальчишка хмуро откликнулся:

– Принесла. Поел.

– Опять поругались?
– понимающе спросил Мирт.
– То-то она в столовую сначала не заходила, пока Мускари её не нашёл и не привёл.

Дальше мальчишки тихонько заговорили между собой, а Вереск отвернулся.

А Селена вдруг чуть не засмеялась из-за дурацкой ситуации. Бедные, бедные эльфы в этом мире! Им столько приходится терпеть, чтобы только придерживаться своего жёсткого эльфийского кодекса поведения! Нервничает Вереск. Из-за этого страдает Космея и страшится всего подряд Мускари. Плачет Хоста, мучается Ильм. Счастливы лишь Азалия и Корунд, но только в её деревне. Счастлив Мирт со своим семейством, но опять-таки только в пределах деревни, как в тех же пределах счастлив Бернар. И счастлив маленький Корилус, которому, по его малолетству, наплевать на всё, кроме игр и товарищей по играм! Спокоен старый бродяга Трисмегист - но он по жизни пофигист, насколько уже поняла его Селена. Но и только потому пофигист, что его всегда больше интересовала наука, чем живые существа и их взаимоотношения.

– А сколько всего было проведено инициаций в деревне за всё это время?
– поднял голову, словно очнувшись, Трисмегист.

– Три, - отозвался Мирт.
– Первая была у меня. Она началась стихийно, и Коннору пришлось принять её, потому что никто не понимал, что со мной и потому что он оказался единственным сильным магом из всех, кто был рядом со мной.

– Мальчик Коннор, ты не перестаёшь удивлять меня, - задумчиво проговорил Трисмегист после секундного вглядывания в мальчишку-некроманта.
– Кто другие двое?

– Корунд, - это сказал уже Коннор, равнодушно восприняв слова старого учёного.
– У него были проблемы с семейной кровью и семейно-родовыми артефактами. Он долго не мог по-настоящему пользоваться магией. Колру пришлось сделать его своим птенцом, когда Корунд навсегда ушёл из своей семьи.

– И Азалия, - добавил Мика.
– Бернар принял её инициацию.

– То есть самым проблемным был Корунд?
– уточнил Трисмегист.
– И где же проходила его инициация?

– На кладбище, - пожал плечами Коннор.
– Там пространство тонкое, чтобы пробить для Корунда дорогу в священный лес эльфийской магии.

Когда до Селены дошло, какую именно информацию начал собирать старый учёный, она и обрадовалась, и испугалась.

– Значит, вы думаете - мальчика можно инициировать? Думаете, после этого ритуала дикая магия отстанет от него?

– Думаю - да, - рассеянно ответил старый бродяга эльф.

– Но... Вы примете его инициацию?

– Это так важно?

– Вереск пока ещё ученик храма некромагов, так что - наверное, да, важно, - пробормотала Селена и поднялась по прозрачным ступеням к кровати Вереска. Тот тревожно присматривался и к старику эльфу, и к братству.

– Что?
– чуть не с испугом спросил он её.

– Вереск, я понимаю, что для тебя события несутся с огромной скоростью, но, к сожалению, по-другому никак, - развела руками хозяйка места.
– В общем, что у нас есть? Вереск, представь себе, что ты вернулся в обычную жизнь, где ты используешь обычную магию. На выбор у тебя две дороги: или ты возвращаешься в храм некромагов и там продолжаешь учёбу; или остаёшься здесь, в Тёплой Норе. В то, что вам с Космеей удастся вернуть свой родовой дом - я просто не верю. Кроме всего прочего его надо будет содержать, а наследства, как я понимаю, у вас нет. Семейные артефакты продавать - вряд ли захотите. Если уважаемый Трисмегист примет твою инициацию, у тебя будет свобода выбора, потому что он станет твоим мастером навсегда. Но решать надо уже сейчас.