Шрифт:
Очнулся он лишь от детского крика: «Гонец, здесь засада! Беги!!!»
Но не успел даже пришпорить коня, как с гиканьем и свистом на него вылетели половцы.
Несколько спереди и трое сзади, отсекая обратный путь.
Гонец вздыбил коня, с лязгом потянул из ножен длинный прямой меч и, потрясая им, сам бросился на ближайшего к нему половца…
Эх, всем хороша его служба, да одна в ней беда – недолгая!..
Самое обидное, что все это произошло прямо на глазах у опешившего Славки. И он ничем не мог помешать половцам или помочь княжескому гонцу.
Просидев в ожидании неподалеку от половцев, разведших, чтоб согреться, огромный костер, и вконец измерзнув, он вдруг сначала услышал волчий вой, а затем и слова приближающейся песни: Лес и поле. Ночь. День.
Речка, и опять ночь.
Что там впереди – тень?
Друг, а может, враг? Прочь!
Славко приподнял край заячьего треуха и прислушался:
– Точно вой! Опять степняки сигнал подают. Да только как-то особенно, не тоскливо, а будто бы с радостью! Стой… погоди… а это еще что такое?!»
Иду на вы, Иду на вас за Русь! – Уже явственно донеслось до него.
– Песня?!
Славко от изумления даже треух с головы стянул. А потом вспомнил про половцев и ахнул.
Не только он один, те тоже всполошились и принялись вскакивать со своих мест.
– Гонец! – слышались их возбужденные голоса.
– Точно, он!!
– Скорее гаси костер!
– Бери сабли и копья! Все на коней!!!
Хан Белдуз торопливо надел наличник, вскочил на жеребца и принялся расставлять своих воинов.
Тупларь, выполняя приказ хана, торопливо принялся тушить костер, но так забросал его снегом, что от него только повалил густой дым…
Ветер гнал его то в одну сторону, то в другую. То плотно закрывал дорогу, то широко открывал ее…
И наконец, когда в последний раз сдунул в лес клубящееся темно-сизое облако, уже совсем невдалеке показалась скачущая фигура всадника в остроконечном русском шлеме.
«Княжеский гонец! Вот оно что… – разом все понял Славко. – Вот они кого так тут ждали!..»
А песня все приближалась: Иду на вы, 56 Иду на вас за Русь!
Иду на вы, Иду на вас, клянусь, Что не сносить вам Вашей головы.
Иду на вы!
Иду на вы!
Хан Белдуз поднял руку, и половцы, подавшись вперед в своих седлах, только и ждали, когда он резко опустит ее вниз.
«Да что же это такое делается?!» Видя, что гонец попрежнему не замечает опасности, чуть не плача, закусил губу Славко и, не выдержав, выскочил на дорогу и закричал:
– Эй, гонец, разворачивай коня! Назад! Здесь засада! Половцы! Уходи!
Гонец понял. Услышал. Но – было уже поздно.
Он поднял на дыбы коня и, не дожидаясь, когда до него доедут половцы, сам ринулся на них.
Сколько же их здесь: один… два… три… Десять против одного?
Новый порыв ветра закрыл гонца от глаз Славки. В наступившей полумгле слышался только боевой звон металла. Причем не только легких половецких сабель о русский тяжелый меч, но и самих сабель между собой. Когда ветер отогнал дым, оказалось, что в суете да в дыму половцы не столько повредили гонцу, сколько переранили друг друга.
Двое из них, сокрушенные смертельными ударами гонца, уже навсегда распрощались с жизнью. Один с воплями корчился на снегу в предсмертных муках. Другой, молча, припав к шее коня, медленно отъезжал прочь, и, только посмотрев на него внимательней, Славко понял, почему он осмелился покинуть поле битвы без разрешения хана. Он даже скривился от увиденного. Этот половец был без головы…
– О, да я вижу, и сам Белдуз тут? Здорово, хан! Ты чего это у нас здесь забыл? – тяжело переводя дух, огляделся Доброгнев.
– А тебя! – отозвался сидевший на жеребце у дерева, Белдуз и требовательно протянул руку: – Дай грамоту и поезжай, куда хочешь! Или в отряд мой иди! Мономах-х тебя обратно не примет, а мне такие воины ой как нужны!
– А ты хоть спросил, нужен ли мне такой хан? – с хмурой насмешкой осведомился гонец.
– Нет, но спрошу – нуж-жен? З-золотом ведь платить буду!
– А подавиться им не боишься?
– Ну, как з-знаешь! – Белдуз что-то шепнул находившемуся рядом с ним старику. Тот, сорвавшись с места, подскакал к своим, передал им приказ хана, и те, придя в себя после первой неудачной атаки, принялись скакать вокруг гонца, угрожающе вытягивая вперед копья и крича: