Ласайента видел только, как веселый непоседа склонил голову набок и стал вертеть плечами из стороны в сторону, изображая стесняющуюся девицу. Наверно, еще и руки сложил соответственно.

— Джуни, заткнись и раздевайся, — осадил его Шали.

Сантилли почесал нос, пряча под рукой улыбку.

Мальчишка, не переставая ворчать про интриги и любовные шашни взрослых, которые выходят боком младшему поколению, принялся быстро стягивать с себя одежду. Ласайента ожидал, что он все снимет и возьмет одежду из мешка. Но все оказалось проще — под женским платьем был одет мужской костюм.

— Все, мотай отсюда, — приказал брат, и герцог открыл портал.

— Бессердечный, — с патетикой воскликнул Джунни, — а спасибо?

— Спасибо, — с нажимом сказал старший брат, подталкивая младшего в спину, — я тебе потом завезу, сейчас я немного занят.

— О, пожалуйста…! — портал закрылся, оборвав фразу на середине.

— Покажись, красавица, — Сантилли отодвинул полог, и Его Высочеству пришлось сесть на кровати.

— Оп-па! — это Шали увидел принца и пристроился рядом на постель, — Андерс взялся за разведение ангелов?

— С чего ты взял? — удивился ашурт и озадаченно оглядел насупившегося мальчишку.

— Молодой человек знает, кто его родители? — с иронией поинтересовался дэм у йёвалли, одновременно глянув на Сантилли.

— Молодой человек знает, кто его родители, — сумрачно ответил Ласайента, повторив фразу Шали, — теоретически.

— И если молодой человек не перестанет хамить, то другой молодой человек, — тут Шали снова посмотрел на друга, — прибьет его в процессе обучения, когда у него окончательно лопнет терпение. А его и так всегда было очень мало.

Его Светлость усмехнулся.

— Где твой отец нашел ангела, да еще и с такими волосами? Ведь твой отец — Андерс? — дэм снова повернулся к принцу.

Тот кивнул. То, что его мать ангел, во дворце ни от кого не скрывали. Смысла не было прятать очевидное, слишком у Его Высочества была выделяющаяся внешность. У Сантилли окончательно вытянулось лицо, но это почему-то не обрадовало.

— Я не знаю. У нас это не обсуждалось. При мне, во всяком случае, — Ласайента говорил тихо, но головы старался не опускать.

Он знал, что не виноват в своем происхождении, но все равно почему-то было стыдно. Это чувство стыда заставляло мучительно бледнеть и отводить глаза в сторону, — Знаю только, что меня подкинули прямо в окно спальни отца и все. Мне было тогда несколько дней, — принц помолчал и, стиснув руку в кулак, совсем тихо добавил, — И еще меня прокляли при рождении, поэтому я такой….

— Какой? — спокойно поинтересовался Шали.

— Такой: больной, слабый, маленький, — Ласайента пожал плечами, и, сжав губы, посмотрел на дэма, но не выдержал и тут же опустил глаза.

Стало неуютно под пытливым и открытым взглядом этого мужчины.

— Поэтому ты решил сбежать из дома и стать здоровым, могучим воином? (И злобным, про себя добавил Его Высочество). Мудрое решение, — в голосе дэма прозвучал легкий сарказм, — А к отцу обратиться никак? — продолжил расспросы Шали.

— Вот и обращайся сам! — вспылил принц.

— Не дерзи, — дэм встал и йёвалли с облегчением понял, что на сегодня вопросы закончились, — одевайся.

На кровать легла женская одежда.

— А почему так, а не порталом? — спросил Ласайента, с отвращением глядя на платье, — Ведь проще.

— Поверь мне, мы пытались, — ашурт приподнял брови, подвигал челюстью, потом пожал плечами.

— И что? — не понял принц всей этой пантомимы.

— И ничего, — с досадой ответил Сантилли, — ты очень слабый, а я и так два перехода подряд открывал, чтобы тебя сюда пронести незаметно.

Сантилли сначала пришлось оставить принца в небольшой рощице, укутав в куртку, и отвести Грома домой, и только потом он смог забрать мальчика. А ведь герцог еще и сократил путь к замку. "Торопился, кретин", — обругал себя ашурт.

Теперь понятно, почему четыре дня назад не получилось переправить принца в крепость. Мальчишка наполовину ангел, а он, идиот, пронес его через свои порталы! Еще бы ему плохо не было! Если боги хотят покарать, они забирают разум. Где были его глаза и мозги? Ведь была мысль! Но мы же умные, мы отмахнулись от очевидного. Идиот! Надо было сразу в крепость идти, потом бы отца вызвал. А тот, скорей всего, подумал, что сыну все известно, раз действует так уверенно. Да, задним умом….

Сантилли и Шали отошли вглубь комнаты, и Его Высочество, опустив ноги с кровати, принялся сидя одеваться, стараясь действовать осторожно поврежденной рукой. Ему было обидно. Стоило ли проходить через все, что случилось, чтобы в итоге опять надевать на себя эти юбки? Хорошо, что хоть корсета не было.