Девушку вздернули за шиворот на ноги и куда-то потащили спиной вперед, не давая возможности встать. Принцессу вертело и крутило, как тряпичную куклу, и невозможно было понять, куда ее волокут. Лаура хотела отцепить руку отца, но даже не дотянулась до нее. Ноги бестолково скребли по гладкому полу коридора. Она пыталась вырваться, напрасно дергаясь из стороны в сторону и бестолково размахивая слабыми руками. Одежда сдавила горло, мешая дышать. Почему никого нет? Где все?! Да помогите же кто-нибудь! Пожалуйста!

Лица коснулся свежий вечерний ветерок. Андерс быстрым шагом пересек двор. Лязгнула железная дверь, в нос ударил затхлый запах, ноги сосчитали ступени каменной лестницы, ведущей вниз. Снова грохот и лязг двери, и Лауру с силой швырнули вперед. Девушку развернуло боком, заставив пробежать по инерции, согнувшись, несколько шагов, и Ее Высочество со всего маху врезалась в каменную холодную стену плечом. Принцессу тут же отбросило назад и она, наконец, упала на пол. Дверь с грохотом захлопнулась. Прежняя беззаботная жизнь закончилась.

— Ну, все! Мне это надоело!

Ласайента, сжавшись, лежал на кровати, все еще находясь под впечатлением сна. Сантилли, злой, как тысяча демонов ада, выскочил куда-то из комнаты как был босиком, от души хлопнув при этом дверью. Рубаха развевалась за его спиной подобно темным крыльям. Через некоторое время он вернулся, неся в руках небольшой сверток из кожи. Герцог был не один. Вместе с ним пришел Найири с толстыми черными свечами, держа их охапкой в руках. На локте у него на шнурке висел небольшой кожаный мешок. Сантилли небрежно бросил сверток прямо на кровать рядом с принцем, заработав недовольный взгляд отца.

Старший ашурт хмуро глянул на йёвалли и принялся ногой откидывать ковер в сторону, как будто тот ничего не весил. Затем стал устанавливать свечи по кругу прямо на полу. Герцог оттащил ковер к стене, поставил в центр образовавшегося свечного круга стул, подвигал его из стороны в сторону, покрутил на месте и, наконец, остался доволен результатом.

Ласайента настороженно следил за их приготовлениями. Сантилли тем временем подошел к постели и сел на нее, подобрав под себя ногу. Наклонил голову к плечу и мрачно посмотрел на принца. Тот чуть не ляпнул глупость про пытки, но вовремя прикусил язык.

— Меня достали твои кошмары, — устало произнес ашурт, — Если тебя устраивает такое положение дел, то меня — нет.

— И что ты предлагаешь? — насупился Его Высочество.

Можно подумать, он виноват в том, что это ему снится.

— Я предлагаю поставить тебе защиту. Живой браслет.

Ласайента сглотнул и машинально вцепился в край одеяла.

— А другого способа нет? — растерялся он, — Есть же различные талисманы или еще что-нибудь.

— Проблеяла овечка, — насмешливо прокомментировал Сантилли, — Есть другие способы, как же без них, — и тут же срезал зародившуюся было надежду, — Голову открутить можно, например.

Он с интересом понаблюдал за тем, как выражение лица йёвалли приобретает все более потерянный вид. Мальчишка наверняка имел представление, пусть и слабое, о живых браслетах. Имел бы полное, давно бы уже брыкался, забыв про сломанную руку.

Найири хмыкнул, но промолчал, занятый приготовлениями. За широкими плечами герцога не было видно, что именно он там делал. Ласайента слышал, как демон мягко ходил по комнате, что-то переставляя.

Сантилли еще немного полюбовался на слегка ошарашенное лицо мальчишки, взял сверток и отнес его отцу. Принц приподнялся, опираясь на дрожащую здоровую руку, и увидел, что в свечном круге рядом со стулом появился маленький круглый столик, на который ашурт и положил сверток. Найири тут же распустил завязки, которыми тот был стянут, и стал бережно его разворачивать.

Герцог снова сел на кровать, теперь уже на колени, пощелкал пальцами перед лицом Ласайенты, отвлекая его от созерцания завораживающего действия, дождался, когда он повернет к нему лицо.

— Предлагаю быстрой птичкой слетать по одним важным делам, чтобы они не мешали заниматься другими важными делами.

Найири оторвался от своих приготовлений или уже их закончил и теперь с интересом следил за разговором, скрестив на груди руки.

— По каким делам? — протупил принц.

Вместо ответа Сантилли сдернул с него одело, взял на руки, но пятиться не стал, попросту перевалившись вместе с ношей по кровати, и прошлепал босыми ногами в строну туалета.

— Я сам могу, — возмутился Ласайента и попытался оттолкнуть ашурта.

— Я состариться успею или корнями прорасту в пол, пока ты, мой стремительный жеребчик, резвой рысью старой клячи будешь скакать туда и обратно.

Найири фыркнул. Спасибо, не засмеялся.

Сантилли сгрузил свою ношу, снова поддернув ему рубаху. Принц тут же сдвинул ноги и натянул на них подол, выразительно посмотрев в темные глаза. Герцог, усмехнулся, но ничего не сказал и сразу вышел, закрыв за собой дверь.