Вывалившись на песчаную косу, и отдышавшись, я оглянулся, успев увидеть, как жадная морская пучина поглощает остатки драккаров.

Да недолго я моря бороздил! Тут и там на песчаную косу выбирались, сумевшие уцелеть воины. Вспыхивали скоротечные схватки, наши хирдманы не могли простить потери корабля, ярла и своих доспехов. Наших выживших было немного, но все же больше, так как пожар вспыхнул у Беспалого, и они, разбившись по двое-трое, быстро очищали плес от приспешников Фритефа. Меня вынесло немного в стороне, и я пока оставался не при делах.

Так, а вот этот негодяй, плывущий на бревне мне знаком, ба, и то, что он тащит с собой рядом тоже.

Следя, как медленно приближается к берегу, мой старый знакомец Рамси, я подозвал к себе чудом уцелевшего Магнуса, указав ему в сторону гребущего. Тот понимающе улыбнулся и кивнул. Нравился мне этот парень, немногословный, всегда собранный. Как только бревно уткнулось в песок, Рамси, успевший оценить делегацию по его встрече, постарался кинуться в сторону, но ловко кинутый Магнусом дротик пришпилил его к земле, пронзив ногу.

— Ай, я-яй, убегать, не хорошо! — подойдя ближе, изрек я — и что мне с тобою делать?

— На кол его! Прикончи его! Орла врежь! Он любитель был шкуры снимать! — со всех сторон посыпались советы.

— Я прошу хольмганга! — просипел Рамси.

— Прости, но ты трус, его не достоин — с этими словами я ударил его ножом, а несколько хирдманов вонзили копья.

Рамси порадовал меня уровнем и

Фантастика! Я о таком не слышал нигде и никогда! Я даже сплясал на радостях, удивив своих соратников.

— Ошкуй, ты это, радоваться погоди! Нам понятно, отомстил, добро частично вернул, но думать надо, что дальше делать — прервал мое спонтанное веселье выживший Трюггви.

Хирдманов Сигвальда уцелело чуть более десятка израненных воинов. Сам он сгинул.

— Откуда пожар вспыхнул? Кто видел? Нет? — разрезал гнетущую тишину чей-то сиплый голос.

— Фритеф, отрыжка Хегга, когда его Сигвальд уже шинковать надумал, алхимическую склянку, с диким огнем, о палубу грохнул и кричал мол «Сам погибай и товарищей забирай».

— Так, что делать-то будем? — спросил низкорослый крепыш Хальф.

— Надо к ближайшему городу идти, к другому ярлу на службу наниматься, тут до Хедэроса день ходу, добычу поделим и валим! — предложил сивобородый Рагнар.

Остальные, его поддержали, промолчали только я, и Трюггви с Магнусом.

Дележ добычи не занял много времени, все барахло разделили на равные кучки, каждый забрал свою. Я обзавелся вполне сносными сапогами и кожаным нагрудником, получив за все + 250 к защите, и не увеличив ни одну из характеристик. Остальное я сплавил всего за 50 золотых воинам, идущим в Хедэрос. При мне оставались чудом уцелевшие миска и шапка, а так же 200 монет присланные Дунканом, так что умереть с голоду я не должен.

Когда бойцы убыли, Трюггви помолчал и обратился ко мне.

— Ошкуй, ты почему остался?

Я не стал кривить душой и сказал правду:

— Да не куда мне идти, да и не по нутру, когда все вот так взяли и разбежались! А ты что не ушел? Хороший кормчий всегда нужен!

— Да Беспалого прищурить дело второе было, зря меня Сигвальд не послушал и решил напасть. Дело у нас на Дальнем Севере есть, ты как с нами?

— Да! — Я, не раздумывая согласился, странно, но ни новый квест не появился, ни старый не видоизменился.

— Ну что ж тогда в путь, — и Трюггви шустро побежал вверх по тропе, уходящей в предгорья.

— Лишь к отшельнику одному по пути заскочим, за одеждами потеплее — бросил он, обернувшись на ходу.

До отшельника мы добрались уже в сумерках, когда обессиленные валились с ног, мои сапоги и без того разношенные, от долгого перехода развалились, и последние километры я страдал от небольших потерь здоровья, наступая на острые грани камней. Один раз мы выскочили на небольшой дозор рагертов, но быстро с ними расправились.