314

свое территории свои бомбы или даже атомные электростанции...

Предложения Олега не оспаривали: и чувствовалось окончание урока, и утомились на предыдущих обсуждениях. Своё заключительное слово, на подготовку которого ушёл весь вчерашний вечер, Костя произнёс уже после звонка. К его радости, никто не встал с места, даже обычно нетерпеливые Олег и Гена. Напомнив, что сегодняшний урок по предмету "человек и общество" был посвящён теме современных российских реформ, учитель сделал краткий анализ дискуссии, поблагодарил всех за участие в ней и, объявив оценки, закончил на примиряюще-оптимистической ноте: "Безусловно, путь в будущее у России свой. Усвоение всего лучшего в мировом опыте будет происходить с учётом специфики страны и менталитета её населения. Но глупо было бы надеяться на быстрый успех. Семивёрстные сапоги бывают только у настоящих богатырей. Я думаю, что Россию спасут Вера, Труд с больших букв, высокая духовность народа, подвижнический подвиг единиц и воля всей нации. Больше всего меня радует то, что вы, ученики маленькой сельской школы на окраине огромной страны, уверены, что судьба России - в ваших руках, что и вы ответственны за происходящее и способны повлиять на него... Ещё раз всем спасибо. Урок закончен".

6

– А вот и он, настоящий новый русский!
– такими словами встречала Света Костю в дверях своей квартиры воскресным утром двадцать седьмого марта девяносто четвёртого года.

– Проходи, проходи, пожалуйста! Какие красивые цветы! Спасибо! Кто-то спозаранку уже торгует красотой?

– Здравствуй, Света.

– Здравствуй, Костя... Ты только не чопорись. У нас в семье всё просто. Проходи сюда... садись. Через несколько минут будем завтракать. Как погодка за окнами?!
– последняя фраза долетела до Кости уже из кухни.

– Пока свежо, но чувствуется, что днём будет таять... Владивостокское небо, как всегда, без солнца... А я боялся, что разбужу тебя.

– Я знала, что ты приедешь на лучегорском!

– Знала?

315

– Ну, предполагала, если хочешь... Можешь перейти сюда, будем разговаривать, и я доделаю... Слушай, ты ничего не имеешь против, чтоб мы позавтракали здесь?

– Да мне всё равно, - Костя сел в угол, чтоб не мешать быстрым передвижениям хозяйки.
– Вообще, я очень не люблю кого-то обременять...

– Конечно, можно накрыть и в зале, но мне, честно говоря, лень на это тратить время.

– Тебе помочь?

– Вот, если хочешь, нарежь... Рассказывай, как дела, как впечатления от города. Не молчи и, пожалуйста, не стесняйся меня, а то если начну стесняться я, тогда мы вообще не сможем разговаривать.

– Ты спросила про впечатления от города. Столица всё та же, какой я оставил её в последний свой приезд.

– Да-а?..
– Света улыбнулась всем лицом, красиво блеснули в ответ на шутку её большие выразительные глаза.

– Да. Удивило, что, несмотря на раннее время, нищие уже заняли свои позиции на вокзале. Мне нравится там один одноногий: возле него всё время стоит недопитая бутылка пива.

– Хорошо живёт...

– Лучше меня. Я вот редко пиво пью. Одно слово: бюджетник. Знаешь, раньше я подавал нищим, которые вызывали доверие, потом начитался в газетах, что они почти все притворяются, так вообще перестал подавать.

– А сейчас? Осторожно: горячее...

– Сейчас если подаю, то не заморачиваюсь. Вверяю их суду Божьему и собственной совести. Моё дело - оказать помощь, а если кто-то мошенничает, то тем хуже для него.

– Понятно... Да, я с тобой согласна: разбери их, кто бедный, кто хороший артист... Что так мало сахара сыпешь?

– Не люблю сильно сладкого.

– Заботишься о здоровье?.. Хочешь признаюсь? Я не ем мясного.

316

– Вегетарианка?

– Неполная. Мясо не ем, молочное люблю...

– Слушай, в почему мы только вдвоём? Где все твои?

– У Серёжки каникулы, и они компанией отправились в Партизанский район. Там несколько интересных пещер, хотят посмотреть.

– Возле Сергеевки? Бывал там. В Приморье много пещер: на Чандалазе, Макрушинская... Самая длинная - Спасская, там и заблудиться можно.

– Когда ты успел их объездить?

– Пока учился. Истфак всё-таки. Пещеры, древние стоянки и городища... Мы много где бывали...

– Я б тоже хотела посмотреть. Можно сказать, и тайги-то ещё по-настоящему не видела. Но у них своя компания...

– А бабушка, родители?

– Бабушка ещё спит. Там, в дальней комнате. Засыпает чуть ли не под утро и просыпается поздно.

– Она болеет?

– Нет, теперь уже не так. Встаёт, по дому убирается, даже варит. А то еле ходила... Папа наш...как это называется...в рейсе. В плавании. Он и бабушка - коренные владивостокцы. Мы с Серёжкой родились в Ташкенте. Папа там служил, потом женился и остался. А после смерти мамы бабушка уговорили нас переехать сюда... Вот уже полтора года мы во Владивостоке. Приморцы, да?.. А ты, наверное, никогда не был в Ташкенте?.. О, это самый красивый город в мире. По крайней мере, в Советском Союзе - точно. Как там хорошо весной! Сейчас там уже зелень. Вообще, город весь в зелени. Летом, хоть и жарко, но легко. Деревья и вода - повсюду. Нет этой приморской влажности, поэтому тридцать градусов и не замечаешь.

– А где купались? В горных речках?

– В горных вода ледяная. Есть много водохранилищ, озёр...

Костя слушал, пил кофе и украдкой поглядывал на Свету. В дороге он всё пытался вспомнить её лицо и не мог. Помнил только, что она очень красива.

317

Теперь он незаметно любовался правильными чертами её белого лица, которых не портил чуть вздёрнутый носик, длинными, вьющимися русыми волосами, необычной, какой-то искрящейся улыбкой. Костя всегда испытывал симпатию к людям с красивой улыбкой, Света же улыбалась одновременно яркими, чуть пухловатыми губами, большими глазами, ямочками щёк, словом, всем лицом. И при этом, как казалось парню, в глубине глаз его новой знакомой вспыхивал и лучился мягкий, чуть игривый свет. "Надо же, получается, двадцать три года, а такая лёгкая, подвижная, непосредственная, как мои пятиклассницы..."