Бывший начальник охраны красноречиво обвёл взглядом побоище, но промолчал.

– Найти тело!

Оставшиеся боевики бросились рыскать среди обломков, но там ещё во множестве тлели очаги пламени. Они отскочили от горячей земли.

– Здесь огонь!

Дир скрипнул зубами и обернулся.

– Мы сами запретили соваться ментам и пожарным, - напомнил Аскольд.

– Костя! Быстро к оцеплению, пусть вызывают пожарных.

Рассвет бросил на землю очередные лучи, расстилая позади себя белую простыню света, на которой будет нежиться ещё пару часов.

Я открыл глаза, и Психея тут же сунула в мозг ряд картинок. Я всё понял. Вытянул ногу за пределы поваленного забора и синего периметра заодно. Психея без ложной скромности вылетела через пятку. Но я не мог встать из-под обломков. Меня бы тут же изрешетили пулями. Нужен отвлекающий манёвр.

Вокруг скопление деревянных домов, чуть дальше к Администрации есть кирпичные. Вниз по склону порт, но впереди ещё много маленьких улочек и переулков.

Я скользнул к соседнему дому, который начал дымиться от попавших горящих брёвен. Пусто. Кособокий дом, почерневший от времени. Внутри грязно и пыльно, но видно, что живут люди. На полу в кухне батарея пустых бутылок. Плиты нет. Я чиркнул спичкой, и маленький язычок пламени лизнул пыльные занавески. Огонь мгновенно вскарабкался по лёгкой материи и начал хрустко жевать дерево.

Я обогнул сферу и проник в соседний дом. Всё повторилось. Психея ни о чём не думала, а я валялся под обломками и думал, что сожгу весь этот проклятый городишко, если понадобится.

Вскоре, бывший дом Кати оказался в горящем кольце. Завыли сирены, не так уж далеко галдели люди. Всё заволокло дымом. Фигуры боевиков метались сквозь дым и пламя, пытаясь найти меня.

В нескольких шагах, кашляя и матерясь, прошли двое бойцов, отбрасывая обломки ногами. Моё горло першило, и я зажал рот рукой. Психея скользнула внутрь тела, и отгородила меня от дыма. Я вздохнул и приподнял голову.

Дир тоже зажимал рот и, исподлобья смотрел на пепелище, которое снова взялось пламенем.

– Надо уходить! – сказал Аскольд. – Сейчас окажемся в ловушке, можем не выбраться. Пылают все дома. Поправка, мы уже почти в ловушке.

Дир отнял руку ото рта.

– Отходим.

Охранники покинули двор. Синяя сфера продолжала гореть. Наплевать. Я стряхнул с себя обломки и приподнялся. Колени и кисти рук дрожали. Я смахнул с брюк пыль. Обнажённый торс измазан грязью и гарью.

Вокруг дымился город быстрого приготовления.

Я медленно побрёл между горящими зданиями. Монотонно трещат пожираемые дома, мир заволокли красные языки пламени вперемешку с густым дымом. Но огонь бессилен против меня. Для Психеи мир вокруг выглядел как утренник в детском саду. Ярко, празднично и безобидно.

Впереди дым слегка рассеялся. В нём мелькали фигуры людей. Лились потоки воды. Со всех сторон летел мат. Люди метались в дымящихся домах. Бегали сквозь языки пламени, чтобы спасти хоть что-то из имущества. Боевики в камуфляже бродили вокруг с автоматами наперевес. Непонятно кого они собирались расстреливать. Огонь? Они натыкались на бегущих людей, те посылали их подальше.

Посреди улицы стоял знакомый белобрысый охранник с автоматом в руках. Синие глаза сверкают сплошными точками-тире и знаками вопроса. Тот самый, которого я зарядил электричеством из шокера. Он безучастно посмотрел на моё чумазое в копоти, гари лицо и отвернулся.

Дверь ближайшего дома распахнулась и выбежала женщина в дымящемся платье. Лет сорока, с оплывшей фигурой и растрёпанными соломенными волосами. Она безостановочно орала. В руках тащила какие-то коробки. Одна из них горела, и пламя лизнуло женщине руки. Она взвизгнула, и коробки упали на землю. Из них посыпались платья, обувь, женское бельё. Тут дым на её платье полыхнул. Меня кто-то толкнул. Это белобрысый охранник подбежал к женщине, сбил её с ног и накинул сверху какое-то длинное платье из тех, что валялись на земле. Принялся сбивать огонь. Тяжёлые башмаки топтались по женским трусикам и белой ночной рубашке, из тех, что вывалились из коробки.

Я поспешил вперёд. Пробежал несколько шагов и остановился. Во рту загорчило и я сплюнул на пыльную землю. Меня задел какой-то пробегающий мужик.

– Разойдитесь, паскуды!
– орал пожарник.

Я мало чем выделяюсь на фоне остальных погорельцев. Они тоже одеты как попало, чумазые и злые. Я побежал, что-то вопя, типа «дом, документы, всё сгорело». На меня никто не обращал внимания. Огонь пробивался сквозь панические струи воды, люди уносили ноги.

Над портом стрекотал вертолёт, но деваться некуда. На главной дороге я буду как на ладони. Прекрасная мишень. Остаётся смешаться с погорельцами и попытаться проскользнуть на корабль. Если не получится, придётся искать другие пути.

Большинство людей инстинктивно жались к воде. Собрались на берегу вдоль причала. Там была припаркована только одна баржа. На берегу небольшое бело-синее здание.

На длинном покатом склоне скопилось несколько сотен людей, которые только что выбрались из пожара. Женщины, дети, ошеломлённые мужики. Люди сидели прямо на траве, кто на причале. Счастливчики прижимали к себе пожитки. Почти никто не плакал. Люди смотрели друг на друга. Кто-то тупо смотрел в пространство.

Я пробрался поближе к барже. Но мои надежды не оправдались. Возле трапа двое охранников с автоматами наизготовку и электронными очками на глазах. Пробиться можно, но тут же примчится остальная кавалерия.