Эмили поморщилась, юркнув в здание, и обрадовалась, когда Роджа и Морино не пропустила охрана за ней.

— Эми, ты точно уверена, что сможешь с ним поговорить спокойно? — уточнил Доусон, зная взрывной характер Стоукс.

— Конечно, — заверила его Эмили.

Но только они вошли в кабинет, где в наручниках стоял Саймон, Эмили, не особо церемонясь, оттолкнула стоявшего возле её отца офицера и врезала папаше так, что он отключился сразу же.

— Эй, ты что творишь? Охрана! — заорал местный коп, вытаскивая свой «Смит эн Вессон».

Доусон поднял руки, даже не приближаясь к развернувшейся перед ним заварухе, но он придержал копа с оружием.

— Погоди.

— Мне нужен Пилар! — рявкнула Эмили и воззрилась на дверь, ожидая офицера. Долго ждать не пришлось, Пилар явил себя Стоукс, смачно сплюнув в сторону.

— Я ведь предупреждал, Детектив!

— Мне нужно одолжение, — понизив голос до шепота, глянула на него ЭмСи. — Одно единственное.

Пилар мотнул головой, и два офицера, стоящие поодаль, удалились вон, озираясь на Доусона, который грыз карандаш.

— Что даст тебе одолжение? Он не исправим. Это ты своим детективным мозгом в состоянии понять?

Конечно, Пилар был прав, и Эми это понимала, но сила любви к единственному родному человеку, перевешивала всё остальное.

— Сколько было при нём?

— Кило. Отборная кока, у нас такой не достанешь. Скорее колумбийский картель.

Эмили просто не могла в это поверить. Все разговоры можно было спустить в унитаз, все «я обещаю» и «я больше никогда» — туда же. Как можно исправить человека, если он сам этого не хочет?

— Эм? — кивнул Грант на очухавшегося у стены Саймона.

— Пилар, не будь свиньёй! — очаровательно улыбнулась Стоукс. — Ты же хороший коп, не трать время на него. Я разберусь.

Офицер снял очки, потер переносицу и, надев очки, сказал:

— Переспишь со мной, и он вечно твой! — Доусон чуть карандашом не подавился за спиной ЭмСи от такой прямолинейности и наглости и уже было хотел вмешаться, но Пилар вдруг улыбнулся хищным оскалом и расхохотался. — Шутка.

Пилар очевидно тоже уже устал от всего этого. Его работа здесь отличалась от полицейской в городе. Но кто-то же должен и этим заниматься.

— Думал, что ты согласишься, — подколол Грант. — Ещё один бы в твою коллекцию!

Эмили сделала недовольное лицо, пока два офицера позади тащили её отца, быстро приходящего в сознание, в лимузин. Родж и Пэт радостно встретили их у дверей.

Огни фонарей уже освещали главную улицу Майами-Бич — Альтон роуд, когда Эми, засунув Сэма Стоукса в лимузин, взяла с Роджа слово, что он будет следить за ним, как за своим сыном. И если что, позвонит ей, а не Пилару, который больше на уступки точно не пойдёт, засадит на пятнадцать суток как пить дать.

— Что там с Джефферсоном? — спросила Эми, когда они с Грантом возвращались в город.

— Плохи дела, — покачала он головой. — Может, навсегда калекой остаться. Если выживет.

Эмили вспомнила, что хотела к Драфтону приставить двух офицеров.

— Сверни на Семьдесят Пятую улицу, — попросила девушка.

— Зачем?

— Мне надо навестить Эштон.

Топчась у Регины под дверью, Эми чувствовала себя свиньёй. Несмотря на всё, ей понравилось работать с женщиной. Она попросту привыкла к ней, и сейчас, при таких раскладах, она могла снова потерять доверие Эштон. И она его теряла, чувствуя, что ненарочно, но всё же задевает чувства криминалиста. Она вспоминала её взгляд, когда Регина вошла в процессе их секса с Майером. Эмили тогда вообще не сообразила, какого рожна Эштон делает в её доме, это потом уже вспомнилось, что она дверь забыла запереть. Но факт есть факт, она подводила Эштон, слепо верящую в неё.

— Стоукс? Заблудилась?

Тон Эштон сразу дал понять Эми, что лёгкой жизни с этой женщиной у неё не будет. Но всё же пришла она объясниться затем, чтобы не возникало между ними пропастей.

— Пришла сказать, что…

— Я знаю. Кэнзас мне сообщил.

Эмили вцепилась рукой в косяк двери и нутром чуяла, что Эштон рада её видеть, но всё же что-то ей не даёт вести себя так, как она вела до этого. Что-то внутри неё противится нарастающим чувствам.

— Послушай, Эштон, я бы хотела, чтобы ты не смотрела на меня, как на умалишённую, — начала Эми. — Я, конечно, странная, но я очень старалась, чтобы заработать право раскрывать здесь дела, подобные нынешнему. Я не идеальна, просто мне нужно расслабляться, иначе…

— Тебя замучают кошмары, — снова перебила её Регина. — Я помню.

— Каждый борется со своими комплексами в одиночку, понимаешь?

Регина ощущала, что сейчас Эмили как никогда настроена на такой разговор, который может плавно перетечь не в то русло. Была уже глубокая ночь, но Эштон не спалось, потому что она решала сложный ребус, под названием «Как не сорваться и не напортачить в отделе». Пришедшая Стоукс разбередила уже было успокоившиеся гормоны, и Регине снова захотелось воспользоваться случаем хорошо расположенной сейчас к ней Эмили. Она отдавала себе отчёт в том, что если дело дойдёт до постели, ей придётся перевестись из отдела, ибо работать с Эмили будет уже невозможно.