– Скорее?!.. Да, скорее!.. Надо скорее!!! Но-о-о, залётные! Но-о-о!!!

Кони как пришпаренные понеслись галопом, от чего рыдван запрыгал и закачался немилосердно. Серафима хотела было гаркнуть на любимого, чтоб взял потише, но посчитала, что безопасней будет потерпеть до города. А потому ухватилась за всё, за что хваталось и упёрлась во всё, во что упиралось. "Йййеха-а-а!" - азартно вырвалось у неё под аккомпанемент грохота повозки и свиста ветра. "Бум, бум, бум!" - сейчас же поддержало её воодушевление изнутри живота, и кабы можно, то ещё запищало бы от восторга. Больно! "Эй, там! Тпру лягаться!" - прикрикнула Сенька на будущее дитя, которое по заверению всей родственной "нечистой силы" должно было быть девочкой, да что-то уж больно брыкливой девочкой. Наверняка - в маму. И огорчаться этому или радоваться, мама ещё не решила.

Они птицей промчались до города, влетели в привычно раскрытые и никем не охраняемые ворота и понеслись по улицам, провожаемые удивлёнными взглядами прохожих и радостным лаем собак. Кони в отличие от ошалевшего Ивана быстро поняли, что это конец пути, и сами собой стали притормаживать, а потом и вовсе перешли на весьма неторопливую рысь. И вовремя, потому что впереди показался торчащий на обочине круглый щит, вроде придорожного знака, но какой-то странный: два существа - "палка-палка-огуречик" - со вздетыми, словно от ужаса руками. Страху добавляли торчащие на головах палочки-волосы и растопыренные на руках палочки-пальцы.

– Сень, гляди! Что это?
– удивлённо всмотрелся Иван, проезжая мимо.
– Вроде, раньше такого не было.

– Не знаю, - тоже удивилась супруга.
– И заборов каких-то понастроили...

Повозка действительно проезжала теперь меж монументальных оград - мощных, но покоцанных, похожих скорее на стены потешной крепости. Но кому вдруг посреди города могли понадобиться потешные крепости? Иван только хотел озвучить этот вопрос, как внезапно справа раздался задорный крик:

– Эй, жирафля ходячая! Кажи личико через забор, тебе ж нетрудно?

Сенька с Иваном удивлённо оглянулись на голос, но из-за ограды никого не было видно, а с другой стороны уже отвечали с пренебрежительной ленцой:

– Так ты, голУбый, подпрыгни да крыльями маши, авось и так увидишь!

Сенька с Иваном, как по команде глянули влево - опять ничего.

– Та махал бы, да тебя жалко!
– подхватил первый голос с насквозь фальшивым сожалением.
– Рождённый кабананом, летать же-ж не может.

Иван ещё дёрнулся вправо, но Серафиме крутиться надоело и она уселась поудобнее, спрятавшись под козырёк.

– Да я хоть Кабананом, а ты ж - под забором!

– Да хоть под забором - всё одно кротом-то низшей будет!

– Ты ещё погавкай мне тут!

– А ты ещё похрюкай!

– Да я тебе щас!..

Иван всё ещё вертел головой, однако Сенька уже просекла развитие событий.

– Ваня ходу!
– гаркнула она... и не успела.

– А?
– обернулся супруг... и получил по башке первым же камнем.

– Ёшкин кот!!!
– взвыла Сенька и попыталась дотянуться до потерянных вожжей, не попадая в зону обстрела.

Не тут-то было! Вожжи оказались далеко, а кони, вокруг которых тоже "свистело", пугались и пятились. Потому, из средств самообороны у неё осталось только одно - зато массового поражения.

– Стоять, шалупонь малолетняя!!! По кочкам ррраскатаю!!! На кулебяки пущу!!!

То ли грозный тон подействовал, то ли неизвестные у местных и заранее страшные "кулебяки", но из-за оград раздалось обескураженное: "Ойййй...", и над краями робко показались чьи-то головы.

Убедившись, что судьба любимого супруга ей уже не грозит, Серафима бросилась подымать-проверять, как он там, и поживает ли вообще.

– Вань! Вань! Ваньша!.. Ну, ты подумай - в гости приехали, а?!

– Мым-мм...
– ответил супруг, расплющивая очи.
– Что это было?

– Засада, Вань, всё хорошо, - "успокоила" супруга, бестрепетной рукой отдирая подол парадно-выходного платья и принимаясь бинтовать пробитую голову мужа.

– К-какая засада?!
– едва не подскочил тот.

– Царь Костей вернулся, нас уже ждали... Да сиди, не дёргайся, шучу я!

– А-а-а!..
– понял Иван, но тут же задумался и схватился за голову: - Так, а это?!

– А это сейчас спросим...
– многообещающе нахмурилась Серафима, завязала бинт и поднялась.
– Так, банда! А ну предстали пред ясны очи царственных особ - раз-два!

– Ваши высочества?..

– Царевна Серафима?..

– Уррра!!! Тёть Сеня с дядей Ваней приехали!!!

И как горохом по паркету, посыпались через ограду слева малолетние вояки, чтобы немедленно предстать, предсесть и даже на повозку предвлезть. Один самый высокий, видимо предводитель, успел первым и сразу принялся распоряжаться: