Шрифт:
– Знать бы ещё, силами какого чародея мы здесь, - вздохнул Май.
– Ведь кто-то же нас спас. Я слышал его голос, но не видел из-за деревьев его самого.
– Наступит время, и мы узнаем истину, - ободрил Моз.
– А пока нам надо спешить!
Замечание было резонным, и Май тот час же оказался на коне.
Джад и Олди взобрались на Жемчужину, а вороны уселись им на плечи.
Так и поскакали навстречу новому дню, приключениям и подвигам.
Правда, вокруг простиралось одно только поле, но благоразумного Моза это обстоятельство только радовало: значит, ничто не задержит в пути.
К вечеру кони порядком устали, но не было ни тени, ни воды.
Но Моз, хранивший все карты в мудрой своей голове, уверял, что ещё немного, и будет низина, а в низине - большой дуб, а возле дуба протекает прозрачный ручей. Чем не место для ночлега?
Как, впрочем, и всегда в девяносто девяти случаях из ста Моз оказался прав.
– Может быть, уже завтра Страна Грёз будет спасена, а Амарант и его поющий ворон свободны, - развалившись перед дубом, потянулся Май.
– И нас ждут, наконец, подвиги и великая битва с Чёрным Великаном, - продолжал Альбин и, подскочив, нахохлился и запрыгал у подножия Дуба.
Как? Уже?? Завтра???
Пока великая битва была далеко-далеко, неизвестно когда, думать о ней было нестрашно и даже приятно. Но: завтра???
А он ещё так молод и даже не прославленный поэт... Слишком, слишком молод, чтобы умереть, пусть даже и не бесславно.
Но Альбин тут же усилием воли отогнал назойливые мысли. Нет! Он никогда не будет трусом и предателем! И никогда не оставит друзей в беде!
И пусть он не осчастливит Страну Грёз своим былинным эпосом... кто-то другой, пусть даже и менее талантливый, воспоёт его подвиги... А он, Альбин, об этом даже не узнает, ведь он сложит крылья за Страну Грёз...
Альбин закрыл глаза, полные слёз умиления и уснул...
Май-Милентий Кинли перед сном ещё долго думал о Тайне, о том, что они обязательно увидятся снова.
Рассвет вспоминал, какие яблоки в Долине Радуг и хорошо бы, если бы вместо дуба здесь росла огромная яблоня.
А Жемчужина размышляла, что два карлика и два ворона для одной кобылы это слишком много, и вообще лучше бы она везла Мая, а всех остальных - Рассвет.
У Джада в голове звенели песни нимф, и он старался их запомнить, чтобы удивить потом лесным фольклором Мерцающий овраг.
А Олди думал о том, как хорошо, что судьба свела его с Мозом (вот у кого следует набраться мудрости, повезло так повезло)! И с его друзьями, конечно! И только Моз не думал ни о чём, а спал спокойным глубоким сном мудреца.
Глава 31
Май невольно постигает географию
– Моз, ты знаешь, о чём я сейчас подумал?
– Ты слишком многого хочешь, Май-Милентий Кинли, от простого мудреца. Только чародей Амарант умеет читать мысли, и это одна из причин, по которой он оказался в Гроте. Потому что не у всех в Стране Грёз мысли красивые и чистые, как у тебя, Май-Милентий Кинли.
– Что ты, Моз! Ни о чём таком красивом и чистом я и думать не думал. А подумал вот о чём: как плохо, что раньше я совсем не учил географию. Только сейчас я понимаю, для чего мне был нужен этот предмет. Не будь тебя со мной, я бы, точно, заблудился и пропал и уж точно не успел бы к пещере Черного великана к тому взмаху крыльев мотылька, как на горе Нит зацветут кактусы...
– Как долго я ждал этого признания, мой мальчик!
– не сдержал слёзы умиления Моз.
– Оно говорит о том, что ты стал настоящим будущим правителем Долины Радуг, достойным преемником твоего отца, способным не только отстаивать свою правоту, но и признавать свои ошибки. Но, надо признать, Май-Милентий Кинли, ничего непоправимого не произошло. Не книги учат мудрости, а сама жизнь. За одно путешествие ты узнаешь столько и географии, и истории и ещё столько всего-всего-всего, что сможешь и сам написать, пусть, конечно, не книгу, но грамотно, а главное, искренне изложить свои мысли и впечатления в особый фамильный альбом в назидание потомкам и помощь летописцам.
– А если мы все погибнем в бою с Чёрным Великаном, то как мы попадём в летопись???
– этот вопрос больше всего беспокоил Альбина.
– Не волнуйся, Альбин, - снисходительно улыбнулся Моз.
– Об этом я позаботился заранее... и передал свою летопись моему пусть и не самому любимому, зато самому сообразительному, талантливому и умному и при этом, главное, скромному ученику Мимозу.
– Ах, этот задавака!
– Альбин и слышать не хотел ни о каком таком Мимозе, которому, вероятно, втайне завидовал, ведь не ему же, ворону, доверили бесценную рукопись, а тому, кого достойнейшим признал сам Моз, пусть у достойнейшего и нет такой белоснежной бороды, как у его непревзойдённого наставника (до того, как тот стал вороном), но это дело времени.
– И эта летопись обрывается словами, - продолжал Моз.
– "Задержавшись на несколько дней в Мерцающем овраге, они попали в Солнечный лес, откуда выбрались после многочисленных приключений вместе с новыми друзьями - мудрецом и музыкантом из Мерцающего оврага, и после новых опасных приключений в срок оказались у пещеры, где и состоялась великая битва с Чёрным Великаном, которая закончилась..." А чем она закончилась, дополнит мой ученик. И я уверен, он достойно закончит летопись, ведь лучший из учеников должен быть не просто достоин своего учителя, но в чём-то его и превзойти. Каждый мудрец стремится воспитать таких учеников.