– Все целы? Так и знал, что вы до этого додумаетесь. Давайте-ка ещё что-нибудь примозгуйте.

Он улыбался, а Гавриле хотелось расколотить ни в чем неповинное зеркальце. Масленников цветисто пожелал ему неприятностей, стараясь, чтоб не Анна, ни Ирина не услышали, что именно он выговаривает, но и тут оказался в проигрыше.

– Кстати, можете не ругаться. Девичьи ушки пожалейте - я вас все равно не слышу.

Зеркало потемнело, словно Белый Свет превратился в Чёрный, но через вздох-другой в нем, как и прежде, отразилась поляна над ними.

Масленников резко выдохнув сказал только одно слово:

– Прячьтесь...

Вид у него был настолько решительный, что никто не решился ни возразить, ни переспросить. Он сжал-разжал пальцы, похлопал ладонью о ладонь. Непонятно зачем даже попрыгал на одной, потом на другой ноге, похрустел шеей...

И приступил...

Из-за сдвинутых в одно место и поставленных стеной сундуков, все смотрели как он ничего хорошего не обещавшим прищуром загораживающему выход камню, прицелился в преграду....

Щелк, щелк, щелк...

То, что колдун оказался мерзавцем, к сожалению, не сделало его ещё и лгуном. Камень стоял несокрушимо, а по залу метался вихрь из золота, серебра и драгоценных камней - отбрасываемая камнем сила щедрыми пригоршнями разбрасывала по залу содержимое мешков и сундуков и крушила все вокруг себя. Наконец Гаврила устал и остановился. Тишина висела лишь мгновение и тут же сменилась капелью - зазвенели, отлипая от каменных стен золотые кружочки монет, со змеиным шорохом сползали драгоценные цепочки и украшения. Все это освещал единственный оставшийся целым светильник, качающийся на единственной цепочке. Под этот звон и шорох Избор негромко спросил:

– А стену пробить не пробовал?

Высунувшиеся из-за сундуков девушки спрятались снова.

– Пробовал, - хмуро ответил Гаврила после недолгого молчания. Качающаяся полутьма и золотая капель не давали забыть слова колдуна.

– Прыгали, прыгали и допрыгались...

– И что с того?- бодро спросил Исин.
– Плащ нашли? Нашли! Пошли отсюда. Я дорогу знаю.

Гаврила посмотрел на довольного хазарина и взгляд его прояснился. Увидев, как киевлянин воспрянул духом, сотник утвердительно кивнул, отвечая на не озвученный вопрос.

– Вот именно. Можно, конечно, ещё тут что-нибудь полезное поискать, но кто знает, как оно будет действовать.

– Полотно!- догадался Избор, наблюдая, как переглядываются повеселевшие товарищи.

– Точно, - подтвердил Исин догадку, искоса поглядывая на Ирину.
– Для нас сейчас важно не куда, а откуда...

– А потом как?

– А потом придумаем что-нибудь. Первый раз, что ли?

Ещё не вполне доверяя пришедшему в голову решению, Гаврила поднялся по ступенькам к камню. Колдовство ли это было или просто вмешалась Судьба, но на камне не оказалось, ни единой трещины, ни одной щербинки. Силу свою Гаврила знал и потому недоверчиво покачал головой. Получалось, что и впрямь приложил тут имперский колдун своё умение. Не просто весом камень к земле прижало, а ещё и колдовством притянуло.

– Уйдем,- продолжил за спиной хазарин.
– А когда захотим - вернёмся...

Безо всякой надежды на успех Гаврила толкнул камень плечом, уже понимая, что ничего не выйдет.

– А может ведь так оказаться, что оттуда,- сотник мотнул головой.- До Киева нам поближе будет. И все под горку.

– Без ковра?- напомнил Избор.

– Ну, значит без ковра. Обходились же как-то раньше?

– Тем более если под горку, - сказал, наконец, Гаврила, приняв решение.

Исин, чувствуя, что его слова и есть единственный путь отсюда, не спеша подошёл к комом лежащему на крышке сундука куску ткани.

– Может, это тоже чей-то плащ...- пробормотал он, обернулся тканью и... Исчез. Материя всколыхнулась парусом, поймавшим ветер и бессильно опала на камни пола.

Не появлялся хазарин довольно долго. Гаврила успел отойти от камня, девушки выбрались из-за сундуков и принялись перебирать какие-то золотые украшения.

– Да чего он там...- пробормотал Избор и только хотел поднять тряпицу, как та, словно фонтанная струя взмыла вверх и распахнулась, выпуская хазарина. В этот раз вместе с сотником в подземелье ворвался сухой прокаленный воздух, словно только что отошёл он от кузнечного горна, только что раскаленным железом не пахло.

– Это пещера в горах, - сказал сотник.
– Небольшая... А внизу, у подножья - песок. Много песка. До окоема.

Вздохнув поглубже, Избор, как только что перед ним сотник, вошёл в волшебный покров. Шелест, порыв горячего ветра и по ногам вдарило, словно спрыгнул с невысокой ступеньки. С мягким шорохом опала за спиной волшебная материя. Несколько мгновений Избор стоял, вглядываясь и вслушиваясь, впитывая в себя новое место. Тихо. Пусто. Жарко.

Меч с тихим укоризненным шипением вернулся в ножны. Ни человеку, ни волшебному полотну тут, похоже, ничего не грозило. Избор поднял покров, встряхнул и аккуратно разложил на камне. Пригодится ещё. Впереди светилось отверстие выхода. Оттуда волнами накатывался жар, заставлявший глаза прищуриваться. Осторожно наступая на камни, воевода пошёл ему навстречу. Нет, не выход. Просто дыра в стене. Голову просунуть, да и только... Однако, видно кое-что... Оранжевое море песка на окоеме переходило в голубоватое, выжженное солнцем небо. Далеко-далеко, насколько хватало взгляда, песчаные валы расходились в разные стороны, словно именно тут и начиналось песчаное море, а горы, в которых пряталась пещера - стали его берегом. Избор посмотрел направо, налево. Точно. Это и было началом песчаного моря, тут даже пахло как на берегу. Точнее воняло... Избор повел носом.