– Оно и видно! Ты когда последний раз на кухне полы мыла, госпожа философ? Или ты, в соответствии со своей контрацепцией, пренебрегаешь бытовыми неудобствами?

– Ну вот! Я ему о великом, а он… - снова вспылила Маринка, – В конце концов, мог бы и сам помыть!

– Это не вписывается в мой русский характер, – чуть заметно усмехнулся Сашка, но попытался оставаться серьёзным, – Мужик должен деньги зарабатывать, а женщина – его всячески поддерживать и ублажать. И вообще, женщина должна быть босая, беременная и на кухне!

– Чего?! – Маринка остановилась прямо перед ним и упёрла руки в боки, – Это кто тут босой и беременный?!

– Ну, я это… - смутился Сашка, – Я в целом. Ну, ты же согласна, что мужчина главный, а женщина должна быть при нём?

– Мужчина ещё заслужить должен, чтобы женщина была при нём! – Маринка смотрела на него в упор карими глазами.

– Ну и чем это он должен заслужить? – Сашка тоже стал серьёзным, – Главная заслуга мужчины в том, что он содержит семью, приносит в дом деньги.

– Фи! – Маринка задрала нос, отчего её ноздри стали казаться ещё больше, – Денег много не бывает. С тем же успехом твой мужчина мог приносить в дом воду в решете.

– Сама ты чудо в решете! – обиделся Сашка, – Все нормальные женщины любят комфорт и новые красивые вещи. И они хотят, чтобы мужчины им это дарили. Вот за это они мужчин и любят.

Он замолчал и гордо оглядел подругу с головы до ног. Волосы у Маринки были как всегда растрёпаны; у свитера растянулись рукава, и ей приходилось время от времени их подтягивать; джинсы были ещё новые и даже сравнительно чистые, но на коленях уже заметно потёрлись; большие пальцы на ногах предательски торчали из дырявых носков. Маринка поёжилась под его взглядом, тоже опустила глаза и уставилась на свои носки.

– А я, по-твоему, ненормальная, что ли? – перешла она в оборону.

– Нет. Но носки стоило бы сменить.

– Я не виновата, что они всё время рвутся! – попыталась она оправдаться, – И вообще, речь о другом идёт. А ты всё – деньги, деньги! У мужчины должен быть характер, стержень, упёртость. Ну, как говорится, мужик сказал – мужик сделал. За таким мужиком любая женщина на край света пойдёт. И он не должен размениваться на ерунду вроде тупого зарабатывания денег. Потому что деньги имеют свойство кончаться, причём в самый неподходящий момент.

– И ты за таким на край света пойдёшь? – Сашка глядел ей прямо в глаза.

– Да! – Маринка не отвела взгляд.

– А за мной пойдёшь?

Маринка отвернулась в сторону и растерянно улыбнулась. Ну вот так всегда! Мужики могут говорить только о себе.

– Ну, если ты совершишь подвиг.

– Какой ещё подвиг? – растерялся Сашка, но тут же разозлился, - То есть нормальная жизнь тебя не устраивает? Обязательно нужны приключения и подвиги? Почему нельзя просто жить в своё удовольствие?

– Это скучно, – пожала плечами Маринка.

– И какой подвиг тебя устроит? Чтобы я заработал миллион долларов?

– А что, у тебя уже есть конкретные планы?

– Есть, – Сашка загадочно улыбнулся, – Только сейчас пока рано говорить.

– Тогда иди чай делай, а то чайник, наверное, давно закипел, – немного обиженно сказала Маринка, – А я ещё поработаю.

6.7.

Сашка проснулся от резкого толчка в бок. Он открыл глаза – рядом с кроватью стояла Маринка и сердито смотрела на него. Похоже, спать она так и не ложилась.

– Хватит спать! – требовательно сказала она, – Я родила мысль и хочу на тебе испытать.

– А сколько времени? – Сашка натянул на себя одеяло.

– Половина пятого, – Маринка бросила взгляд на экран компьютера.

– А до утра твоя мысль подождать не может? – Сашка попытался повернуться на бок.

– Не может, – Маринка стянула с него одеяло, – Иди почитай. А утром я поеду распечатаю и отдам Рудневу.

Сашка поёжился. Похоже, отобрать у Маринки одеяло не получится. Он вздохнул, накинул рубашку и уселся перед монитором.

– Ну как? – Маринка встала у него за спиной.

– Я ещё ничего не успел прочитать. Ты лучше иди чайник поставь.

– Точно. А ты читай быстрее, – Маринка отправилась на кухню. Сашка протёр заспанные глаза и начал читать:

«Политическая программа общественного движения «Провинциальная Россия»

Что было. Наше историческое и духовное наследие:

– Коллективизм. В отличие от Запада, где в тяжелой ситуации каждый, как последний герой, ставит только на себя, в России развиты неформальные домены (кластеры) на 15-20 человек с круговой поддержкой, что определяет невероятную живучесть общества.