– Что это за устройства? Может быть и нам они пригодятся?

– Вряд ли... но сейчас это уже не стратегический секрет, так что могу рассказать. Нейтронный выжигатель - мощная нейтронная бомба, которую предполагалось взорвать в скоплении кобальтовой пыли. Поглотив нейтрон, Кобальт-60 превращается в Кобальт-61, а у того период полураспада всего два часа. Он в основном превратится в безвредный Никель-61 раньше, чем достигнет поверхности.

– Да, для Леониса сейчас уже поздновато. Но на будущее... нечто подобное может пригодиться. Меня тревожит, что сайлоны совсем молчат. Если они сбежали далеко и надолго, мы их вряд ли найдём. Если же они готовят ответный удар... нужно иметь представление, как и чем.

– У вас же есть несколько пленных сайлонов. Допросите их пожёстче и выбейте, что они сейчас задумали...

– Я бы с радостью... Но все сайлоны в руках Серан, а она таких методов не любит.

– Значит, у вас тоже есть проблемы с дисциплиной...

– Хотел бы я знать, у какой цивилизации их нет, когда приходится работать с гражданскими...

– Но как вам это удалось, Мордин?!
– Ярсен ошеломлённо смотрел на гору слабо дёргающихся центурионов.

– Элементарно. Навыки хирурга плюс скоробиотика. Не сильно отличаются от навыков механика. Подошёл со спины. Просканировал конструкцию. Вскрыл корпус. Извлёк самоликвидатор. Разрушил суставы конечностей. Перешёл к следующему. Следующего сканировать не нужно - конструкция одинаковая. Просто вскрыл и извлёк. Сотни хватит или ещё добыть?

– Думаю, остальных мы добудем сами. Только скиньте мне на терминал данные по результатам сканирования. Зная, где у них взрывчатка, какая и чем запускается, мы уже сами придумаем способ её отключать. Кстати, у Серан тоже есть успехи. Ловите данные.

Серан действительно не любила пыток. Но не только как аватара Милосердия, но и как Главный Коллекционер. Извлечение информации с помощью боли и страха было для неё такой же примитивщиной, как каменный топор. Медленно, грязно, неэффективно. В её распоряжении было целых два гораздо более продвинутых способа. Наномашины протеанского интерфейса в сочетаниии с наномашинами индоктринации Жнецов позволяли за пару минут буквально выпотрошить любой мозг, полностью перенеся его содержимое в бортовой компьютер.

Правда, индоктринация перестала быть для них доступной после мятежа. Наномашины без соответствующего управляющего сигнала отказывались размножаться в организме "пациента". А сигнал этот они сами очень старательно обрезали. По той же причине стало недоступным и изготовление первичных хасков.

Извлечь знания с помощью одного только протеанского компьютера было несколько сложнее. Он мог считывать лишь те воспоминания, которые пользователь отдавал добровольно. В случае с сайлонами о добровольности и речи быть не могло.

Но когда в вашем распоряжении самая обширная в Галактике база данных по работе нервных систем разных видов разумных и лучший в Галактике нейрофизиолог со сверхскоростным мышлением и опытом работы в спецслужбах - это, право же, решаемая проблема. Мозги гуманоидных сайлонов мало чем отличались от мозгов людей - а опыт работы с людьми у Мордина уже был. Импланты? Ха, можно подумать в той же Шепард было меньше железа.

Чтобы создать букет препаратов, полностью подавляющих волю, фантазию и отправляющих сайлона в неконтролируемое путешествие по волнам воспоминаний, Мордину понадобилось ровно десять минут. А испытания уже взяли на себя Коллекционеры.

И вот теперь поступил отчёт, что шестой вариант коктейля сработал, как надо. Вернее, все предыдущие пять действовали неплохо - ни один не нанёс пациентам непоправимого вреда, и все в той или иной степени развязывали сайлонам языки. Но только шестой позволил чётко отделить реальные воспоминания от галлюцинаций. Ориентировочно, полная выкачка "архива" памяти должна была занять около трёх дней.

– Почему именно ко мне? Почему не к Серан?

– Потому что только ты можешь помочь мне, не испортив отношения с Явиком. Серан всё-таки официально у него в подчинении. Ну да, она часто ведёт себя по-своему, но всё-таки Явик - лидер всех протеан, как изменённых, так и неизменных. Если я уговорю её помочь мне, это может вызвать гражданскую войну - Явик и так уже на грани, а ему подчиняется "Вершина Полутени". Ты же творишь что хочешь, и он уже с этим отчасти свыкся. К тому же у тебя все коды управления "Мэлоном", так что ему ссориться с тобой невыгодно - он не получит копию "Вершины". Ну и наконец, ты - единственное эффективное оружие против Жнецов, что тоже важно.

– Хорошо. Логику понял. Но зачем это мне?

– Ты же хотел получить оружие против Жнецов? Настоящее оружие?

– Где гарантия, что Ису им станут?

– В том, что они будут заинтересованы в уничтожении или обезвреживании Жнецов, полагаю, ты не сомневаешься - жить хотят все, а мой народ - особенно. Доказательства существования этих тварей в мой скафандр загружены. Также я взял пробы ДНК кобольцев, которые подтвердят, что в них сохранились нужные нам гены. Так что вы сможете переложить ответственность за эти выжившие на Леонисе миллионы на моих сородичей. Может, мы и не такие хорошие воины, как протеане, но уж с сайлонами как-нибудь управимся. И уж точно мы сможем очистить все эти планеты от радиоактивной пыли, остановить ядерную зиму и реконструировать биосферу. Для наших терраформирующих машин это детская забава.

– Предварительно уничтожив протеан. На всякий случай.

Идрис поморщился. Откровенно солгать он не мог. Особенно саларианцу, который с фотографической точностью и со сверхскоростью подмечал любые изменения его мимики и каждое движение глаз. Своих сородичей он слишком хорошо знал. Аргумент "это союзники, они могут пригодиться" никто слушать не станет.

– Хорошо, давай так. Когда вы построите наконец и оборудуете свою прыжковую машину, вы оставите мне Леонис, моих культистов и один корабль с прыжковым двигателем. Всего один. Я приведу своих сородичей сюда, а вы в это время уже будете далеко, и никто не скажет, где именно.