– Знаете, пока вы с Алькой ходили в ресторан, я с ней поговорила немножко. Спросила, в чем секрет ее молодости. Догадайтесь, что она мне ответила?

– Ботокс и нип-так?
– предположил я.

– Не угадал. Секс. Много секса. Она пасется здесь каждый день и никогда не уходит одна. Сама похвасталась. Сегодня вот этот будет с ней - Сана, не стесняясь, подбородком указала на краснорожего.

Бабка заметила, что мы разговариваем о них и плотоядно мне улыбнулась. По спине забегали мурашки.

– Как она его обхаживает!
– не унималась Сана. Нет, смотрите-смотрите, куда она рукой залезла!
– в голосе Саны прозвучала ревность.

Мы с Марком вынуждены были повернуться и взглянуть на парочку. Теткина рука пошевеливалась между брючинами седого. Отврат.

– Марк, тебе нравится?
– поинтересовалась Сана у своего кавалера.

– Не мое дело - уклонился Марк. Возможно, с высоты его возраста в парочке был какой-то шарм.

– А тебе?
– это уже вопрос ко мне.

– Сана, не порть аппетит - я отодвинул в сторону тарелку с мелко нарезанным швейцарским сыром.

Сану понесло. Я не сомневался теперь, что она положила глаз на седого и наверняка встречалась с ним раньше.

– А грудь? Сколько пластика вбухано в эту грудь? Как ты думаешь?
– Внимательные, красивые глазищи Саны остановились на секунду на мне.

– Я больше на твою и Алину посматриваю - признался я. Каков вопрос, таков ответ. Другой темы для разговора не предвиделось.

– У нас пока настоящие, да Алька!
– хохотнула, отвлекшись ненадолго от наблюдения, Сана.

Время приближалось к полуночи. Несмотря на то, что курить здесь запрещалось, уже попахивало слегка дымом сигарет. Я огляделся. В баре по-прежнему было шумно, народ и не думал расходиться, словно завтра не очередной будний день, не надо просыпаться рано утром, спешить на работу. Кому-то действительно не надо. Марку и Сане, краснорожему, его пожилой совратительнице. Сами себе хозяева, работают в удобное для них время или вообще не работают. Нам с Алей на службу к восьми утра. Я знал, что у нее там строго с дисциплиной, известная частная компания, нерадивых могут заменить в любой момент - желающих хоть отбавляй.

– Присядь, ты устал, бледный совсем.

Вот чего-чего, а такой заботы я от Али никак не ожидал.

– Тронут Аля, тронут. Но не волнуйся, продержусь - я заказал себе еще две столовых ложки испанского.

Снующие официанты - марроканцы часто притормаживали у нашего столика осведомиться как дела, развязно обнимая Сану и Алю. Думали, наверное, что вырабатывают характерный стиль заведения, некую дружескую атмосферу общения между посетителями и персоналом. Но рожи у них при этом были довольно наглые и вообще до греческого ресторана им было далеко. К нам подсел средних лет мужик в оранжевой шелковой рубашке навыпуск, хорошо разогретый, с лошадиной выискивающей физиономией. Неестественно-рыжеватый цвет волос свидетельствовал об их тщательной подкраске. Боятся седины, одинокие поистасканные перехватчики. До сорока карьера, до полтинника - разгул при хороших деньгах, а уж потом начинается поиск супруги-подруги, схема жизни которой мало отличалась от их собственной.

– Дантист - шепнула по-русски Сана.
– Миллионер.

Глаза Али заинтересованно блеснули. Она нервно поигрывала своим недешевым мобильником ярко-малинового цвета. Дантист представился, пожав всем руки. С места в карьер, спросил у Али, кивнув на ее телефон:

– Приятный цвет. Гармонирует с трусиками?

Я смутился от такого нахрапа, но Сана и Аля и бровью не повели.

– С лифчиком - не смущаясь ответила Аля.

– Можно взглянуть?
– продолжал бодро наглеть выпивший дантист, вроде как и руку протягивая, чтобы убедиться самому.

Пришлось ненавязчиво вмешаться, даже если моим беспечным подружкам такая бесцеремонность была не в диковинку:

– А у вас что за телефон, не покажите?
– дернулось тиком веко, волноваться мне было совсем ни к чему.

– У меня?
– дантист хитровато улыбнулся, вытащив из кармана оранжевый мобильник -У меня все продумано ребята, полное совпадение.
– И с трусами тоже, смотрите...

Растегнув ширинку, начал вытаскивать наружу канареечную ткань трусов. Сана и Аля, не отворачиваясь, с любопытством наблюдали за его действиями.

– Дуг - остановил его я.

Кажется, его звали Дуг. Возможно Дог, а может Майк или, на худой конец, Пидор - в имени Peter "t" произносится звонко, как русское "д".

– Дуг, ты хотел бы мирно закончить этот вечер?
– ничего остроумнее мне в голову не пришло.

Дуг взглянул на меня. Что-то в моем лице его смутило.

– Да-да, конечно. Нет проблем. Он виновато улыбнулся, пытаясь застегнуть ширинку: трусы прихватило молнией.

– Ну тогда проваливай отсюда и показывай свою мотню вон там - я кивнул в строну бара, где разговаривали несколько мужчин.
– Там поймут и оценят, почему у тебя трусы оранжевые.