– Ваш заказ, пожалуйста!
– робот поставил перед ней фужер такой же формы, как на рекламной голограмме.

– Привет!
– коммуникатор отобразил лицо светловолосого паренька лет семнадцати.
– У тебя уже дозаправка?

– Привет, Джим! Да, я на полпути. Майкл что-нибудь выяснил?
– Афина попробовала напиток.

– Совсем ничего, - парень сокрушённо покачал головой.
– Твоё назначение на рейс оформлено вполне достоверно, с цифровой подписью земного диспетчера.

– Может, другие пилоты действительно были заняты, вот и выбрали меня, - девушка сделала ещё один глоток из фужера.
– Надо же кому-то отвезти электронику.

– Тебе дали старый корабль, которому давно пора на переплавку, - Джим по-прежнему пребывал в сомнениях.
– Ты стартовала с Земли. Не с Марса, где все диспетчеры сто раз проверены-перепроверены.

– Конечно, буду осторожной, - напиток ей явно нравился.
– Лечу ведь к Звёздному Эскалибуру, платформе с пушкой для дробления астероидов. Страшная штука.

– Слушай, как ты можешь в Элизиуме спокойно отдыхать? Следят же из всех щелей! Я бы спятил.

– Не поверишь, чувствую себя по-настоящему свободной. Они сюда не прилетают, ведь им здесь не скрыться. Ты понимаешь, о ком я.

– Вот до какого отчаяния тебя довели!.. Ладно, не забудь позвонить, когда долетишь...
– Джим кивнул и отключился.

Допив шоколад, Афина вышла из кафе, обратно к сияющему свету весеннего дня, мягким полутеням, бликам металла и стекла. Неспешные шаги вдоль улицы, мимо витрин и голографических реклам, изображавших хороводы из пёстрых летних платьев, пирожные и пряники, круглые аквариумы с золотыми рыбками.

Высоко в небе, над шпилями небоскрёбов, бесшумно проплыл громадный серебристый корабль, острый треугольник длиной с четверть мили.

Стоянка аэротакси. Никак не обозначенная, просто ряд машин вдоль стеклянной стены высокого здания. С сожалением взглянув на залитую солнечными лучами улицу, девушка забралась в кабину ближайшего аппарата.

– Приветствую вас, Афина!
– в этот раз голос был женским.
– Вам пора возвращаться?

– Да, - ответила она с лёгким вздохом.

Шорох закрывающейся дверцы. Негромкий гул двигателя, плавный подъём, полёт над городом. Снова холмы, покрытые зеленью. Аккуратная посадка у купола космопорта.

– Счастливого пути!
– аэромобиль выключил двигатель.

Девушка направилась по бетонному полю к длинной сигаре звездолёта.

Опущенный сегмент борта служил в качестве трапа-пандуса. Он сразу же поднялся, как только Афина зашла на борт и зашагала по серо-синему коридору с рядами дверей, освещённому прямоугольниками неярких матовых ламп на потолке.

– Сообщи статус, Тантал!
– её интонация была спокойной, без надменной повелительности.

– Полная готовность! Начинаю взлёт!
– ответил баритон бортового компьютера.

– Даже не дождёшься, пока пилот займёт своё место?
– отозвалась Афина с лёгким удивлением.

Пауза. Девушка успела дойти до круглого зала управления. Два больших тёмных кресла, широкие дисплеи по периметру, отображавшие бетонную площадку и зелень холмов, пульт с клавишами и цветными индикаторами.

– Да, конечно... пилот...
– наконец-то откликнулся компьютер.

– Тебе действительно пора на переплавку, - она заняла кресло и нажала пару клавиш. В её глазах промелькнула холодная тень настороженности.

Звездолёт загудел как-то натужно, даже слегка жутковато, постепенно повышая тон. Однако довольно легко оторвался от бетонного поля и начал набирать высоту.

Цвет неба потемнел и вскоре превратился в черноту космического пространства, усыпанную звёздами. Теперь планета на обзорных экранах светилась аквамарином океана и зеленью континента.

– Десять секунд до выхода в гиперпространство!
– голос Тантала оставался безучастным, хотя уже не запинался.
– Перевести дисплеи в схематический режим?

– Нет!
– Афина устроилась в кресле поудобнее, откинувшись к спинке.
– Почему бы не посмотреть лишний раз...

Вокруг корабля вспыхнули тысячи ярких радуг, закружились в стремительном водовороте и разлились многоцветными волнами по изнанке мира.

Здесь космос не был чёрным. Искры звёзд, медленно проплывая мимо, полыхали рубинами, изумрудами, сапфирами и бриллиантами, наполняя иную вселенную полупрозрачными красками. Миллионы оттенков смешивались в невообразимые океаны эфемерного, изменчивого сияния, текли плавными, широкими реками, развевались лиловыми, розовыми и золотыми вуалями.