– Я… – начинает Бонни, но замолкает на полуслове. К горлу подкатывает тошнота, а слабость наваливается с ещё большей силой. Ещё чуть-чуть, и она действительно рухнет вниз.

А Кай же всё так же продолжает улыбаться. Наверное, ему следовало дать девчонке свою кровь, но Паркер и сам не знал, к чему это может привести. Какие последствия принесёт такое его действие? Но что если она и вовсе сейчас здесь умрёт? Тогда он… Эта мысль заставила парня заметно напрячься, что не ускользнуло и от пронзительного взгляда Беннет. Она понимала, что что-то не так.

– Кай?

Впервые, он слышит в её голосе кроме ненависти, ещё и беспокойство, вот только вряд ли оно было адресовано ему.

– Идём.

Кай уже было собирался схватить Бонни за руку, чуть выше локтя, но будто вовремя одумавшись, опустил свою руку вниз, сжимая ладонь в кулак. Если он выкачает из неё ещё хоть чуть-чуть магии, ведьме конец.

Развернувшись к выходу, Паркер стремительно направился к двери, будучи абсолютно уверенным в том, что девчонка послушно последует за ним. Теперь она будет покладистой, и он в этом ни на секунду не сомневался.

Поморщившись от головной боли, Беннет действительно, послушно направилась следом за еретиком, что даже не обернувшись, уже скрылся в полумраке коридора.

Спуститься по лестнице, стало для Бонни настоящим испытанием. Ноги то и дело подкашивались, а в глазах темнело. Не менее трёх раз, она уже была готова кубарем слететь вниз, и лишь цепкие пальцы, успевающие ухватиться за перила, не позволили ей этого сделать. И поэтому, когда ноги ведьмы коснулись пола на первом этаже, она почувствовала невероятное облегчение, ведь лежать со свёрнутой шеей у подножья лестницы, ей сейчас хотелось меньше всего на свете. По крайне мере до тех пор, пока она не убедится что Энзо и её друзья в безопасности.

Энзо…

Бонни, удерживаясь за стену, при этом оставляя на ней кровавые разводы, двинулась в сторону гостиной, откуда слышалась какая-то возня.

– Я убью тебя, – рычащий голос Энзо сотряс стены, а под глазами вампира пролегла устрашающая сеточка сиреневых вен.

Кай же лишь усмехнулся. Он не боялся его. Он вообще никого не боялся.

– Если ты хоть пальцем тронешь Бонни, – начал было Сент-Джон, но осекся на полуслове, переводя взгляд к двери, ведущей из гостиной. – Боже, Бонни…

Паркер тоже обернулся, а на его губах расцвела всё та же надоедливая, до тошноты приторная улыбка.

– Ах, вот и ты, дорогуша. Как раз вовремя!

Беннет же, абсолютно полностью проигнорировав еретика, с болью во взгляде взглянула на Энзо. Она была напугана, и он тоже.

Вампир глухо зарычал, замечая рану на шее возлюбленной. Если бы он только мог освободиться… но на каждую его попытку выбраться, верёвки нестерпимо сильно обжигали кожу. Энзо, в отчаянии, снова попытался разорвать путы, но лишь зашипел от ярости и боли. Бонни испуганно дёрнулось, одним только взглядом умоляя мужчину сохранять самообладание, ведь это их единственный шанс остаться в живых.

Кай, наблюдавший за развернувшийся перед ним картиной, лишь театрально закатил глаза. Как же тошно! Двое, пытающиеся спасти друг друга, готовые отдать свои никчёмные жизни друг за друга, что может быть ещё более омерзительным?

Губы Паркера скривились, а плечи передёрнулись от накатившего отвращение. Пора было с этим заканчивать, пока сюда не прибежали розовые пони и единороги, вызванные столь приторной нежностью этих двоих.

– Что ж, – Кай громко хлопнул в ладоши, привлекая всё внимание к себе, – мне здесь делать больше нечего, так что, позвольте откланяться.

На секунду, в глазах Бонни зажглась надежда, но она тут же погасла, когда парень, переведя на неё взгляд, едко добавил:

– Ты, конечно же, отправишься со мной.

Сердце ведьмы ухнуло куда-то вниз, а грудь Энзо вновь сотряслась от угрожающего рыка.

– Если ты хоть пальцем посмеешь её тронуть, я…

Кай ухмыльнулся, шагая к вампиру, и бесстрашно наклоняясь прямо к нему, делая так, чтобы их лица оказались на одном уровне. Под его глазами, зеркально Энзо, пробежала сеточка вен.

– То что, убьёшь меня? – он издал короткий смешок. – Ты так часто это повторяешь, приятель, что я уже устал это слушать.

Выпрямившись, еретик резко взмахнул рукой, и в тот же миг, голова Сент-Джона безжизненно повисла.

– Так-то лучше.

Бонни всхлипнула, зажимая рот ладонью. Да, она знала, что Энзо не умер, что он вскоре придёт в себя, но видеть его в таком состоянии, всегда было крайне больно. Только не после всех тех смертей, что ей удосужилось уже увидеть за свою короткую жизнь.