Декс застыл, чуть не отпрянув в меня. Он склонился, держась руками за ближайший камень, мы замерли, выжидая, слушая.

Крик повторился. Казалось, кто-то звал на помощь, вопль был достаточно громким, мог доноситься эхом с долины, а мог звучать откуда-то неподалеку.

— Митч? — прошептала я. Разобрать не удавалось, но голос был мужским. Мужчина вопил, его терзали на части. Мы теперь знали, что именно.

— Скорее всего, да, — сказал тихо Декс. Он прижался плотнее к камню, мы не шевелились минуту, ожидая услышать что-то еще.

Но звуков не было. Честно говоря, мне уже хватило. От его крика я чуть не обмочила штаны, страх вызвал холод, что начался ниже легких и растекался, сковывая тело.

— Что нам делать? — выдавила я.

— Идти, — вяло ответил Декс.

Он выпрямился, как мог, чтобы не потерять равновесие на склоне, и пошел вперед. Я следовала за ним под углом в 45 градусов, стараясь избегать камней и снега, летящего в меня. Я перебирала пальцами, не отпуская камни, ощущая себя жалкой и онемевшей в перчатках. Грудь вздымалась под пальто. Холодный воздух терзал горло, замораживая нос и веки порывами ветра.

— Думаю, мы идем верно, — услышала я голос Декса. Я замерла и подняла голову. Он был чуть впереди меня, но стоял на ровной земле. — Я вижу реку!

Он звучал радостно, и этого хватило, чтобы я ускорила шаги, цепляясь руками, камни и снег разлетались от меня, пока я карабкалась выше.

Я тянулась к последнему камню, чтобы залезть на вершину, когда Декс отошел на пару шагов.

Выглядел потрясенно.

А потом пропал.

Я быстро моргала. Но он пропал.

Его крик показал, что это было по-настоящему.

Мое сердце сжалось от звука, и я тоже закричала, отталкивалась ногами, пока не добралась до ровной земли. Я дико озиралась, отмечая горы вокруг, виднеющиеся из-за тумана, реку и долину внизу, но не Декса. На небольшом участке земли, где мы оказались, Декса теперь не было.

— Декс! — завопила я изо всех сил, слово разрывало горло.

Я побежала туда, где в последний раз видела его, и слишком поздно узнала правду.

Край резко обрывался, и я стояла на этом краю. Мой мир выскользнул из-под ног, я потеряла равновесие.

Я пыталась отбежать, отползти на землю, что не двигалась. Я бросала тело вперед и влево, пыталась найти устойчивую часть утеса.

Я пару секунд пыталась уцепиться за неровные черные камни, ноги болтались подо мной, будто я отбивалась, пока искала что-то твердое под собой. Там ничего не было, земля продолжала двигаться, камни и снег скользили, рокот падающих обломков оглушал мои уши, я держалась, а мир подо мной пропал за секунды.

Я руками подтягивала себя, мышцы просили остановиться. Но я не могла. Я почти выбралась. Почти была в безопасности. Почти.

Я размахивала ногами, ботинки цеплялись за снег и землю, что не обвалилась. Я пыталась отталкиваться ногами, надеясь, что в них осталась сила, чтобы поднять меня, я оттолкнулась от черного камня, перчатки прилипли к снегу, снялись.

На миг мне удалось. Я висела, но не двигалась. Я была на месте. Усилие, и я забралась и понадеялась, что камень, за который я держалась, устоит.

Но вся сила и весь мой вес перешли на ноги. И в ужасающий миг земля выскользнула из-под меня, я поняла, что ошиблась.

Земля пропала, и я никак не могла ухватиться и спастись. Мое тело падало, летело вниз в оглушительном грохоте лавины. Меня подбрасывало и било, я не летела, меня тащил поток, будто сама матушка-природа впилась в меня каменными пальцами и тянула к себе.

Я не помню, как остановилась.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Белизна.

Это я увидела, открыв глаза, ресницы слиплись от крохотных снежинок.

Белый. Белый. Белый.

Где же я?

Я перекатилась со стоном и ощутила взрыв боли в боку. Я посмотрела вниз, зрение стало лучше, и я увидела камень, давящий на мой живот, торчащий из заснеженной земли, как оружие.

Я легла на спину, холод проникал под пальто. Мои голые пальцы покалывало, я провела ими по телу. Я была целой, крови и переломов не было.

Но тогда откуда насыщенный едкий запах крови в воздухе?

Я медленно села и осмотрелась.

Я сидела на пустой каменистой земле у горы. Снег кружил в воздухе со всех сторон, падал на белые участки земли, часть сметало, как ангельскую пыль.

Из-за бесконечного белого я едва различила долину с лесом внизу, а напротив себя в тумане снегопада несколько острых пиков.