Народ внезапно отступает от стен, и кто-то что-то швыряет в двери дворца.

"Что такое?.."

Здание содрогается. Двери выгибаются от взрыва термодетонатора, и пальцы левой руки Теммина соскальзывают...

Он повисает на другой руке, отчаянно пытаясь найти опору для ног.

Толпа снова наступает, устремляясь к поврежденным дверям и наседая на них. Появляется четырехрукий бесалиск с огромным кузнечным молотом и обрушивает его на вход.

"Сейчас не время об этом думать".

Застонав сквозь зубы, Теммин вновь хватается пальцами за неровности стены и продолжает карабкаться вверх.

Морна сидит в капитанском кресле яхты. Рей входит и устраивается рядом.

– Мягкое, - говорит она пилоту.

– Так точно, адмирал, - кивает Морна.
– Все блестит. И эти кресла... такое ощущение, будто в них утонуть можно.

– Не стоит к ним привыкать. Комфорт для Империи не главное.
– Слоун слабо улыбается.
– С пилотом Крассуса проблем не было?

– Он пытался сопротивляться, но я заставила его признать власть Империи и заверила, что ему в любом случае заплатят.

– Он сейчас под замком?

– Да, в одной из кают.

Адея тоже в одной из кают. Рей убедила свою помощницу лечь отдохнуть. В конце концов, та безупречно ей помогала и отважно защищала Империю. Ее разместили по соседству с капитаном Антиллесом и его охраной.

– Отлично. Мы готовы покинуть эту омерзительную планету?

– Так точно, адмирал. И мне только что доложили, что звездные разрушители вернулись из гиперпространства на орбиту. Нас прикрывают "Бдительный", "Покоритель" и "Восход".

– Тогда давай попрощаемся с этой пропотевшей парилкой.

Кивнув, Морна включает двигатели.

Яхта трогается с места.

Яхта трогается с места.

Вскарабкавшись на крышу дворца, Теммин видит, как втягивается внутрь трап и корабль медленно отходит от края.

"Я опоздал".

Парень быстро озирается вокруг.

Между телами двоих охранников безутешно рыдает сатрап. Рядом валяются вибропики стражей.

"Глупо, - думает Теммин, подхватывая одну из пик.
– Идея хуже некуда, - проносится у него в голове, пока он со всех ног мчится к краю крыши.
– Я безмозглый идиот и сейчас погибну", - решает он, крепко упираясь концом пики и взмывая над крышей дворца.

"Я погибну.

Ничего у меня не выйдет.

Я совершил огромную ошибку".

Бросив пику, Теммин отчаянно размахивает руками. Обшивка корабля быстро приближается...

Он с грохотом врезается в борт, ища, за что бы ухватиться. Руки лишь тщетно шарят по металлу, и парень начинает падать.

Но внезапно падение прекращается.

Его рука хватается за декоративное кольцо, обрамляющее иллюминатор. Вцепившись в него изо всех сил, Теммин подтягивается с помощью второй руки, ощущая радостную дрожь во всем теле.

"Получилось! Все-таки получилось!"

Но тут яхта начинает подниматься, и до него доходит:

"Что я наделал! Это же верная смерть!"

Земля внизу быстро удаляется. Судно набирает высоту.

"Еще немного - и нам настал бы конец", - думает Рей, откидываясь на спинку кресла второго пилота.

Все их предприятие потерпело неудачу, и она прекрасно это понимает. Но поражение - далеко не финал. Оно должно преподавать урок, словно написанная шрамами инструкция. Так каков же этот урок? Чему научило их поражение и какие выводы следует сделать?

Первое: добиться консенсуса будет нелегко. Может быть, даже настолько, что в том вообще нет смысла.

Второе: Империя расколота. Это было понятно и раньше, но теперь стало совершенно ясно. Более того, сейчас очевидно еще одно: многие в Империи не хотят заделывать возникшие трещины, предпочитая использовать раскол в собственных целях.

Третье: чтобы Империя могла выжить, необходимо...

На экране Морны вспыхивает красный огонек. Пилот хмурится.

– Что такое?
– интересуется адмирал.

– Возможно, птица, - отвечает пилот.
– Хотя если это действительно птица, то весьма крупная.
– Она качает головой.
– Что-то прицепилось к корпусу.

– Отправлю кого-нибудь проверить, - кивает Рей.

Синджир стоит на коленях рядом с остальными. Лицо его похоже на отбивную. Они ждут в роскошном салоне в задней части яхты, среди бархатных диванов и резных столов, коленопреклоненные, словно рабы. В углу сидит толстый банкир Крассус, куря длинную обсидиановую трубку со спайсом. Рабыни в звериных масках полируют и подстригают ногти на его пухлых ногах, срезая мозоли с чудовищных пальцев.