Видя необычный исход, я оставил попытки поймать несмышлёныша и решил действовать по-другому.

– Ты, как сюда попал? Где ты живёшь?

Мальчик указал рукой в небо.

– Как тебя зовут?

– Василёк. А потом буду Василь Василич.

– Ох, ты, значит, мой тёзка!

– Вовсе и не тёзка, а твой сынок.

Я задохнулся от нахлынувших чувств.

– Но у меня нет детей.

– Теперь есть - я твой сынок, а ты мой родненький папка. Я тебя люблю и буду охранять, чтобы живым вернулся с войны. Дома мамка плачет - тоже ждёт.

– А как же ты сюда попал?

– Я могу быть везде - и с тобой, и с мамкой.

Мы были ошеломлены такими ответами.

– А как зовут твою мамку?

– Мама Алеся.

Меня чуть не хватил удар. "Как же, это? Неужели взаправду мой сынок? Такой щупленький мальчик, нежный! Значит она, после того...? Но он, в таком случае, должен на сиське висеть - не прошло и года. А этому - лет пять-шесть. Ничего не понимаю".

– Василёк, но откуда ты взялся? У меня с Алесей ещё нет ребёнка.

– Теперь уже есть и это я.

– В таком случае, почему ты оставил маму, зачем ушёл от неё?

– Я же сказал: я есть и тут, и там.

– Сынок, родной, иди ко мне - я тебя обниму и поцелую.

– Нечего тут целоваться - я уже большой.

Не совсем понимая, медленно, шаг за шагом, я приближался к мальчику. В какой-то момент кинулся к нему, с намерением поймать. Но к величайшему моему удивлению, рука прошла сквозь малыша - он был, как бы сгустком из плотного тумана. Но глаза! Какие у него были глаза?!

– Не надо, папочка, меня нельзя поймать. Ты делаешь мне больно.

– Прости, сынок, но кто, же ты? Почему сделан

из воздуха?

– Потому, что пришёл с Неба, помочь тебе сохранить жизнь.

Мы с Петрусем были сами не свои от невероятного явления.

– Как же, ты мне поможешь? Ты вон, какой маленький и воздушный!

– Буду помогать тебе советами - я знаю, что будет наперёд. Сейчас уходите из этого кустарника - сюда упадёт большая бомба. Убегайте, скорей.

– Куда нам идти? Здесь хорошая позиция, нас не будет видно. А откуда ты знаешь, что сюда упадёт бомба?

– Я многое знаю наперёд. Папочка, дорогой, послушай меня - уходите скорей туда, - мальчик показал на пригорок, метрах в ста,

– там вы будете живы. Идите за мной.

Мы осенили себя крестным знамением и дви-

нулись следом: - Помнишь, Петрусь?

Тот кивнул головой: - Как сейчас!

Сынок обратился ко мне:

– Папочка, я пойду к мамке, а вы не страшитесь - тут с вами ничего не будет.

Василёк растаял, как дым. Мы были вне себя.

– Василь, кто это был? Действительно твой сын?
– спросил мой напарник.

– А кто его знает? У меня пока не было детей, но Алесю он назвал мамкой. Постой... может быть,... неужели, в тот раз...? Петрусь, наверное, это и взаправду мой сынок. К этому времени должен бы родиться, если.... Но почему он такой? И как он может так...? И меня нашёл!

– Василь, а твоя Алеся не ведунья? А то они... многое могут.

– Что ты несёшь, Петрусь? У нас в деревне их ни одной нет....

Налетели самолёты - началась бомбёжка пе-

редовых позиций. Мы лежали в старой воронке и вжимались в землю. "Господи, Иисусе Христе, помилуй, пронеси мимо...", - бормотал я.

Один из Юнкерсов завыл сильнее всех. Я поднял голову: горящий бомбардировщик, сильно дымя, казалось, падал прямо в нашу воронку.

– Мы пропали, - крикнул я Петрусю, - на нас падает самолёт.

Но он, разливая вокруг себя горящий бензин, со страшным шумом, пролетел над нами в десяти метрах и упал как раз в том месте, где полчаса назад были мы. Раздался сильный взрыв - взорвались не сброшенные бомбы. Аэроплан разметало в разные стороны. Горящий бензин попал на нас, но мы потушили огонь друг на друге. Василёк спас нам жизнь.

Налёт заканчивался - самолёты сбрасывали бомбы далеко от нашей позиции. Мальчик привёл нас в самое безопасное место.

– Василь, если бы не твой сын - были бы мы сейчас покойники, - сказал Петрусь.
– Смотри, горит весь кустарник, где мы были! Ай, спасибо, Васильку!

И вдруг появился он - воздушный, но степенный. Я, забывшись, бросился к нему, но Василёк растаял и появился в другом месте.

– Сынок, родной, ты спас нам жизнь! Смотри, что там творится!
– указал на кустарник.